С такими мыслями Барокко вновь поднимался по мраморной лестнице в кабинет к приятелю. Внутреннее убранство здания администрации заставляло его вяло кривиться, как от застарелой зубной боли. Визиты сюда всегда, как и сегодня, были вынужденной мерой. Подумать только, как можно было умудриться, используя качественные, даже роскошные материалы, создать такую убогую обстановку? Барокко усмехнулся: пожалуй, привычный комментарий Сфера здесь оказался бы как никогда уместен.
Барокко стукнул пару раз и зашёл в кабинет. Ампиров сидел за столом и перебирал какие-то бумаги. Он поднял глаза на пришедшего и сказал бесцветным голосом:
– Пожалуйста, присаживайтесь. По какому вопросу?
– Ампиров, говорил же тебе – бросай шутить, ты это не умеешь…
Хозяин кабинета смотрел на директора, а точнее сказать – сквозь директора, расфокусированным, ничего не выражающим взглядом.
– А где твоя секретарша? – Барокко расселся в кресле напротив и решил подзадорить приятеля. – Почему не несёт мне мой кофе?
– Пожалуйста, повторите вопрос, – безо всякого выражения бубнил Ампиров.
– Какой к чёрту вопрос, Ампиров? – вспыхнул Барокко. – Ты что, за секретаршу обиделся?
– Пожалуйста, сообщите цель вашего визита…
Барокко тихо выругался. И вдруг его осенило. Директор вспомнил слова Инги о том, что начальник «включает зомби». Похоже, сейчас был именно такой случай. А вот это уже интересно!..
– Ампиров, цель моего визита – узнать о твоей помощнице.
– Как зовут мою помощницу? – продолжал тупить Ампиров.
– Твою помощницу зовут Румяна Нарекаци. Расскажи мне про неё.
– У меня недостаточно сведений, чтобы ответить на этот вопрос…
– Ах ты, чучело! – Барокко стукнул по столу. Стопка бумаг подпрыгнула и рассыпалась.
Барокко взял в руки верхний лист. Там было написано почерком Ампирова: «Устроить опрос по деревьям и колодцам. Обозначить возможные тропосы…» Барокко посмотрел на Ампирова прищурившись. Тропосы, значит.
– Расскажи мне о тропосах.
– У меня недостаточно сведений…
– Да что ты как робот! Ампиров, очнись! – закричал директор.
– Я вас слушаю. Какой у вас вопрос? – Хозяин кабинета поправил разлетевшиеся бумаги, подровнял стопку, сложил руки на столе, накрыв одной ладонью другую.
– Ампиров, это что, игра такая?
– Игра – главная концепция современного образования, – начал хозяин кабинета. Слова вылетали будто бы помимо его воли. – Игра – перспективный и лёгкий способ усвоения информации, начиная с детства и до самой старости. Человек играющий должен стать общественной нормой. По новому образовательному стандарту игра становится главным пространством учащегося…
– Да-да, «весь мир – театр», но на Шекспира ты не тянешь, мой дорогой друг, – сказал Барокко в замешательстве от странной тирады. Вместо знакомого зануды перед ним сидел какой-то искусственный человек, оболочка человека, и повторял базовые пункты из новой образовательной программы.
Между тем Ампиров продолжал:
– Традиционные образовательные формы уничтожаются, как изжившие себя и не соответствующие новым задачам. Путь нового стандарта – смерть существующих форматов. Пункт один. Школа в её нынешнем виде уничтожается. Пункт два. Учебник уничтожается. Текст перестаёт быть посредником передачи информации. Пункт три. Учитель – пережиток уходящей в прошлое эпохи – уничтожается и должен быть заменён на…
– Ампиров, замолчи! – воскликнул Барокко.
Зловеще-монотонный голос замолк.
Сердце у Барокко почему-то колотилось в горле. Что не так? Он сам столько раз перечитывал документ, который только что воспроизводил Ампиров, но именно сейчас ему почудилось, что план обретает плоть, а слова оживают в каких-то уродливых формах. Будто из ничего не значивших фраз соткалось ожившее умертвие, зомби – такое же пугающее, как и этот бездушный хозяин кабинета.