Когда эта обеденная экзекуция закончилась, строгие часы у стены погнали Виору скорее в дом к учителю. Господин Кинак только хмуро покосился на неё и отправил снова в сад отрабатывать узор заклинания. Как раз чтобы дурные мысли погонять. Кстати, Ньёр вчера о повестке рассказал немного не так, другие акценты. Есть над чем подумать, только вечером, иначе господин учитель точно обратит её в ледяную статую. Зато все проблемы исчезнут разом.
Виора нервно хихикнула, тут же потеряла контроль и заклинание рассыпалось. Вот тебе и успокоительное.
Глава 25
Прошло два дня.
С Марьей Виора переписывалась каждый вечер, присылал короткие записки господин председатель, на занятиях много разговаривали с учителем, и только от Ньёра ни единого слова. Словно его и не было в её жизни вообще. Девушка снова вышла на балкон, впитывая и телом, и душой холод приближающейся зимы. Вот пропал, оскорбился, как будто она не права. В силе ли их договор, оплатит ли он наряд, как обещал? Или сгорит всё синим пламенем?
Потерла ладони, будто озябла. Сложила руки на перилах, в который раз вглядываясь в темные громады городских крыш, слегка приправленные лунным светом. Скорей бы выпал снег. Может, хоть тогда ей перестанут сниться горячие руки вокруг плеч и жар огненных поцелуев. Не важно, что будет с советом и этими проклятыми играми магов, но если… Что если всё его внимание было лишь притворством, способом приятно провести время? Отказали, можно попробовать с другой.
Кончики пальцев закололо тонкими иглами – холод, резко затопив все внутри, просился наружу. Виора сжала кулаки, загоняя его назад. Контроль и ещё раз контроль, свободу получишь только для заклинания. Удержала, но на долю секунды от образа Ньёра с другой захотелось снести весь город лавиной. Что с ней творится? Ведь есть же четкая цель, план действий, расписанный на много лет вперед, так почему она готова послать всё куда подальше? Вздохнула и заставила себя сосредоточиться на другом.
Красиво здесь, но в горах звезды крупнее и ярче, и луна висит так низко, что можно достать рукой. А днем небо такое бесконечно-голубое, как глаза… Среброокая Стужа, да что ж это такое! Подумала о другом, называется. От разочарования и злости со всей силы стукнула по перилам и тут же зашипела от боли, дуя на покрасневшую ладонь.
Внизу, под балконом вспыхнул огонек, осветил теплую рыже-черную куртку, светлые волосы, подстриженные короче, чем помнилось, и слегка обеспокоенные наглые голубые глаза.
– Добрый вечер, прекрасная госпожа. Чем вам так не угодили несчастные ограждения?
– Что ты здесь делаешь?
– Не кричи. Разговаривать лучше без свидетелей. Могу я к тебе подняться? Или ты ко мне спустишься?
Виора только растерянно замерла. Подняться? Спуститься? О чем он?
Огонек продолжал гореть на ладони мага – единственное яркое пятно в окружающей темноте. Не ровен час кто-то из постояльцев выглянет в окно и увидит происходящее. Только очередного витка сплетен ей и не хватало!
– Поднимайся, но тихо и быстро!
Огонек погас, а через несколько мгновений в лицо Виоре пахнуло жаром и этот невыносимый маг плавно опустился на балкон рядом с нею. Да уж, а она-то ожидала лестницы, веревки или чего-то ещё обыкновенного.
– Зачем ты здесь?
– У нас есть незаконченные дела, разве нет?
– Ах да, пресловутый совет. Все танцуют вокруг него, как будто там должен родиться цесаревич! – Виора не смогла удержаться от сарказма, но прошла обратно в номер.
Был соблазн захлопнуть дверь прямо перед его носом. Пришлось подавить. Как и другой – прижаться всем телом и целовать.
Они сели у стола, точнее Ньёр сел, а Виора через пару секунд снова подхватилась на ноги.
– Не стоит держать драматическую паузу, Ньёр, сегодня на театр нет настроения.
– Ни в коем случае! Театр – это больше твоё призвание. – он глубоко вздохнул. – Мы ссоримся, как престарелые супруги! Извини, это неважно. Завтра тебе доставят платье. Лучше, если ты сразу его заберешь, не дав времени портье рассмотреть бирку или даже вскрыть упаковку.
Виора нахмурилась после этих слов, отошла к окну, вглядываясь в темноту за ним.