– У меня очень хороший учитель.
– Несомненно, мастерство Альгор-Тари велико. Он, наверное, и свинью сможет обучить начертанию заклинаний.
Окружающие увлеченно прислушивались к их беседе, даже не скрываясь. Ах да, магам чужды условности. Виора изобразила улыбку пошире.
– Вот как? Значит, господин Кинак был и твоим учителем? Я определенно сделала хороший выбор.
В глубине зрачков соперницы закружились зеленые вихри. Магия со злостью – плохое сочетание. Изнутри под кожей начал разливаться холод в ответ на чужую агрессию, но Виора усилием воли его уняла. Нельзя! Мьёса тоже приглушила свой вихрь.
– Выбор хорош, это да. Главное, чтобы выбирающий не сплоховал. Чтобы хватило на это способностей.
– Тогда я могу быть абсолютно спокойно: всё будет в полном порядке. С такими-то рекомендациями, от таких-то… специалистов…
В этот момент к ним подошла статная высокая брюнетка вне возраста. Её платье глубоких оттенков багрового прекрасно оттеняло смуглую кожу и терново-черные глаза, что уж говорить об агатовом гарнитуре. Позвольте воспользоваться правом старшинства и представиться самостоятельно. Гинура Тассори-Мэй, маг земли.
Виора почтительно склонила голову в ответ.
– Виора Геор, ледяной маг.
– Мне кажется, со стороны нашего досточтимого председателя было упущением не представить вас, лапушка, всем перед началом совета. – её голос просто истекал ядом сарказма. – Впрочем, если у молодого поколения всё реже и реже встречается достойное воспитание, то что уж говорить о нас, стариках.
Разумеется госпожа Гинура тут же получила заверения, что она молода и прекрасна, и не стоит придавать годам такое большое значение. Впрочем, похоже, этим удовлетворенная, она пригласила «лапушку» заезжать к ней в гости «поболтать» и отплыла в сторону выхода. Мьёса злобно посмотрела ей вслед, но прокомментировать не решилась. Посчитала Виору более легкой жертвой?
– Не буду тебя задерживать. Время уже позднее, детям давно пора спать.
Вот так, а могли бы быть лучшими подругами. Хотя кого она пытается обмануть – Мьёса бесит её одним выражением лица.
– Что ж, ни в коем случае не собираюсь сбивать твой режим сна. Всего доброго. – и наконец отошла к учителю. Невежливо, но блондинка первая начала.
Рядом с господином Кинаком стоял высокий красавец с невероятно обаятельной улыбкой. Темные, как мех норки, волосы вопреки моде не были убраны в хвост, а крупными локонами спадали на бархатный камзол, обрамляя классически вылепленное лицо аристократа. Не хватает огонька в глазах, как у Ньёра, а так вполне ничего. И сама при этой мысли вздохнула – опять она сравнивает всех с этим невозможно-самоуверенным огневиком.
– Виора, – начал господин Кинак с непроницаемым выражением лица, – позволь представить тебе Ольгера Ка-Малера, мага воды.
Первые минуты они обменивались предписанными этикетом для таких случаев фразами, и только когда новый знакомый отметил, что Виора очень похожа на мать, девушка вспомнила, откуда ей знакомо его имя. Отец. Маг, соблазнивший молоденькую дурочку из благородной семьи и бросивший её, даже не поинтересовавшись возможными последствиями. Холод внутри зашипел, ощетинился тонкими ледяными иглами. Виора шире улыбнулась, сдерживаясь изо всех сил. Похоже, получалось. Спасибо даме Этелье, вот в жизни не поверила бы, что так подумает. А он, очевидно, ждал узнавания и хоть какой-нибудь реакции. Нет, облегчать ему процесс объяснения Виора не собиралась, как и кормить слухи бесплатным представлением. Поэтому при первой же возможности попрощалась и ушла наверх, к себе в номер.
Боги, какой же это был длинный и тяжелый вечер. И каким наслаждением было снять платье с украшениями, распустить волосы, принять слегка теплый душ, смывая хотя бы часть головной боли. Как странно: новость о свадьбе сводной сестры и лицемерие отчима едва не разорвало её на части, а знакомство с отцом… легкое возмущение силы. Может, потому, что мысленно была к нему готова? И опять нужно сказать спасибо Ньёру. Только ни за какие богатства мира она ему этого не скажет – и так самоуверен сверх всякой меры! И вообще Марья, наверное, сейчас просто подпрыгивает от любопытства и нетерпения. Вот только писать ей о сегодняшнем сборище сил уже нет. Потому ограничилась короткой запиской, мол устала и подробно всё опишет завтра. Отправила и легла в постель.