***
Мужчина поглубже закутался в тулуп. Собачья это работа, но никуда не денешься. В окне погас свет, девки улеглись спать, а он, сделав небольшой круг, снова вернулся на прежнее место наблюдать за ними. А ну как ночью решат сбежать, хотя… С чего бы? Слежку они никак не могли заметить. А завтра наконец всё решится.
Глава 32
Ночью действительно пошел снег. Всё вокруг было укрыто мягким белым покрывалом. Выглядывая утром в окно, Виора счастливо улыбалась и не могла налюбоваться.
За всеми вечерними переживаниями она абсолютно забыла о переданной записке, а между тем их вездесущий репортер приглашал Марью на прогулку. Подруга прочитала послание и только пожала плечами:
– Я завтра всё равно уезжаю. Всего-то и успею, что с тобой в Тобольку съездить.
На завтрак они опять спустились вниз – не иначе Марья завела традицию. Публика в этот раз была вся серьезная, не в пример вчерашней: солидные мужчины в строгих сюртуках, почтенные семейства из числа постояльцев – купцы и благородные господа. Виора, быстро и цепко окинув зал взглядом, убедилась, что они вдвоем не слишком выбиваются из общего стиля. Вот и хорошо.
Им принесли билеты – другая служащая, не такая напуганная, – представление начнется в семь часов вечера. К их столику, как вчера, подошел официант и девушки насторожились. Но он только уточнил, не хотят ли дамы заказать десерт.
– Ох, что-то мы больно нервные стали с тобой. – Марья снова взялась за вилку. Виора последовала её примеру.
– Да уж.
Девушки ещё несколько минут гоняли остатки завтрака по тарелкам, а потом сдались. Аппетит пропал и даже привычная жадность – всё уже оплачено – не помогала.
– Давай наверх, оденемся и прогуляемся к этому магазинчику.
Подруга только кивнула.
Идти по снегу было не очень удобно. Как и день назад, дворники только начали уборку. Марья то и дело поправляла шаль да зябко куталась в пальто. Не столько от холода, сколько от какой-то внутренней неуютности. Они часто останавливались, чтобы прочесть указатели и номера домов, через 45 минут стояли перед низеньким зданием из жёлто-коричневого кирпича. Заколоченными окнами оно смотрело на черный овал городского пруда, четко видный за облетевшими силуэтами ив.
– Живенько тут!
Марья рассматривала край парка и безмолвно тянущийся в обе стороны переулок. Одно- и двухэтажные кирпичные дома за такими же глухими кирпичными заборами казались пустыми. В окнах было темно, из дворов не слышно голосов или лая собак. Снег не смог до конца разбавить серо-темные тона и мрачную атмосферу места. В таких декорациях только страшные сказки показывать.
– Даже очень. Последний прохожий свернул отсюда подальше на перекрестке минут пять назад.
Виора упрямо поджала губы.
– Зато никто не предъявит претензии, если сорвусь. – она вытащила из сумки ключ и замерла перед замком. Массивная, вдавленная в дверь металлическая пластина казалась неприступной, а щель для ключа – черным масляным пятном. Но прежде чем вставить ключ, нужно было деактивировать магический запор. Переложив ключ в левую руку, Виора сосредоточилась на образе вензеля в мыслях. Потом широко расставила пальцы правой и поднесла её к замочной пластине, чтобы отверстие для ключа оказалось как раз в центре. Медленно, контролируя свой холод и дыхание, она собрала силу на кончиках пальцев. Совсем чуть-чуть. Затем спроецировала узор и наполнила магией. Внутри что-то щелкнуло и чернота замочной щели стала не такой густой.
– Здорово.
Голос Марьи раздался из-за плеча резко и неожиданно. Виора еле удержала концентрацию. Всё-таки занятия в саду учителя не прошли даром.
– Марья! Не пугай меня, когда магичу!
– Ой! Извини! – подруга отошла на пару шагов и даже спрятала руки в синих пушистых варежках за спину. А лицо и виноватое, и любопытное одновременно. Виора вздохнула.
– Уже всё. Открываю.
Ключ вошел в замок легко, будто смазанный. Один поворот и дверь сама открылась. Оттуда пахнуло холодом и затхлостью. Входить не хотелось совсем. Девушки переглянулись. Как-то совсем живенько!
– Ладно, пойдем. Вряд ли Ньёр задумал слишком злую шутку.