Прошлась до самых рельс, приблизительно определила объемы и резко отпустила силу, взметая снежные вихри. Она поднимала в воздух и кружила всё больше и больше снега, стягивая его к железнодорожному полотну. Когда сплошная пелена закрыла половину неба, Виора обрушила её вниз. Прямо поперек колеи за несколько секунд вырос сугроб в полтора человеческих роста. Но если он будет здесь просто лежать, машинист может не заметить преграду и поезд врежется, не дайте Боги, с рельс сойдет. Так что, припомнив узор нужного заклинания, заставила всю эту гору мерцать голубоватым светом. Дальше оставалось только ждать.
Виора вернулась к подруге. Хоть бы здесь было оживленное движение! И как же хорошо, что мелкие монеты расплатиться с экипажем она положила в кармашек платья, а не шубы.
Время текло до невозможности медленно, а в окружающем пейзаже ничего не менялось. Небо постепенно наливалось серыми тонами. Ей уже стало казаться, что идея дожидаться поезд здесь не такая уж и замечательная. Марья несколько раз открывала глаза, но потом снова впадала в беспамятство. Странно. Действие препарата уже должно было ослабеть. Сама Виора чувствовала себя относительно нормально. Если только это не индивидуальная реакция или, не дайте Боги, непереносимость.
Наконец вдалеке появилась черная точка, а ещё через несколько минут Виора услышала такой желанный стук колес. Девушка подхватилась на ноги и стряхнула снег с платья. Поезд должен остановиться, должен! Черный силуэт рос в размерах, а потом явно замедлил ход. Увидели преграду. Виора облегченно выдохнула: всё-таки не была до конца уверена в безопасности такой остановки.
Не доехав метров двадцать до светящегося сугроба, паровоз остановился, дым из трубы рванул вертикально вверх. Из кабины выскочил машинист, крепкий мужчина непонятного возраста, весь испачканный угольной пылью и сажей. Сначала он ошарашенно рассматривал странный сугроб, потом повернулся к девушкам.
Виора сделала шаг навстречу.
– Здравствуйте, господин машинист. Извините за такую необычную остановку, но другого способа не было. – в самом деле, не ложиться же ей поперек рельсов в надежде, что поезд вовремя остановится.
– Эм… да… здравствуйте, госпожа… маг… Что…
Из черного нутра паровоза высунулся второй машинист, постарше.
– Мы с таоши немного отстали от нашего поезда, вот и приходится обращаться к вам за помощью.
– Да чем же мы…?
– Будьте добры, довезите до ближайшего населенного пункта.
Второй машинист сдернул кепку с головы, взъерошил седеющую шевелюру и натянул её обратно.
– Так мы ж, это, груз везем. Вагонов нет, неудобно ж будет.
Виоре было глубоко наплевать на удобства, лишь бы Марью быстрее довезти до больницы.
– Господа, неужели и в кабине паровоза не найдется места для двух девушек?
– Да, конечно. – первый машинист шагнул к ним ближе, – Только это, через снег поезд не проедет, а раскапывать нам его несколько часов.
– Не волнуйтесь, я всё уберу. Помогите, пожалуйста, Марью отнести.
– Ох! – он неуверенно замялся. – Так испачкаю ж. Уголь же.
Виора пожала плечами:
– Отстираем.
– Ну если так, то я с радостью. – мужчина подошел к лежащей на снегу девушке и осторожно поднял её на руки. – Уж больно пригожая барышня.
Виора наконец смогла немного успокоиться. Аккуратно, дозируя силу, снова подняла весь снег в воздух и разметала его по полю. Ой, а свечение-то не сняла. Ладно, заклинание само выдохнется через какое-то время, а пока побудет вокруг волшебство.
Путь был снова свободен. Виора ещё несколько секунд позволила себе насладиться морозным воздухом, а потом, высоко подхватив подол платья, забралась по крутой железной лесенке внутрь паровоза. Места и впрямь было очень мало. Огромный паровой котел и двигатель занимали почти всё пространство, рядом с ним куча угля, тут же, всего в шаге, проход в отсек с запасами угля. По бокам от этого прохода сиротливо жались узкий приставной столик и два стула, на один из которых машинист бережно устроил Марью. Второй суетился тут же, свернув из какой-то тряпки подобие подушки, подложил ей под голову.