Виора стояла рядом с огненным и всеми силами старалась выглядеть безмятежно-спокойной и даже время от времени улыбалась мелькавшим в толпе магам. За эти зимние месяцы она перезнакомилась со всеми «сотоварищами», правда действительно хорошие отношения сложились лишь с немногими. Коар-Тхес, Андора Тиш-Маин и, как и странно, Гинура Тассори-Мэй. Последняя оказалась очень интересной собеседницей с едким чувством юмора. А вот с отцом общение до сих пор было в стадии налаживания.
Самым тяжелым для девушки стало решение господина Кинака отказаться от учительства. Вина его внучатого племянника была доказана, Камиру Альгор-Тари было запрещено покидать родовое поместье двадцать лет и наложен огромный штраф. После этого учитель в счет компенсации переписал на неё свой дом в Октрасе и тоже уехал. Как будто это она была виновата в случившемся. Тем более, что настоящие виновники так и не были арестованы. Батанская делегация под давлением улик выдала камердинера, но на этом всё. Мол это личная неприязнь. Умыли руки и уехали обратно в Малую Батанию. Каторга – вещь серьезная, даже при том, что обвинялся этот мужчина в двух убийствах, похищении и двух покушениях. Да-да, похитивших их с Марьей мужчин тоже нашли мертвыми. Девушка мысленно встряхнулась, отрешаясь от воспоминаний.
Зато теперь она живет в собственном доме, а не в гостинице, и есть небольшой, но стабильный доход от совместных с женихом заказов. А то, что его родственница терпеть будущую невестку не может – приятное дополнение.
Музыка стихла, люди зашевелились, отступая ближе к стенам, чтобы оставить центр зала свободным. Ньёр увлек девушек в сторону стоящих на возвышении тронов.
Лакеи распахнули широкие золочено-янтарные двери и распорядитель, звонко стукнув своим жезлом о пол, провозгласил:
– Склонитесь и приветствуйте! Царь Анарей, царица Ксария, вдовствующая царица Агрина, царевич Аладей и царевна Юлана!
При первых же звуках его голоса все мужчины опустились на одно колено, а дамы присели в глубоком поклоне. Царственное семейство торжественно прошествовало к тронам. Резные, инкрустированные золотом, топазами и царским камнем – янтарем, троны царя и царицы поднимались над залом на три ступени, а троны вдовствующей царицы и царевичей были украшены чуть проще и поднимались лишь на одну ступень. По бокам от постамента тот час же замерли гвардейцы-богатыри из особого взвода.
Виора рассматривала всё это искоса, не поднимая почтительно склоненной головы. Даже дама Этелья гордилась бы её безупречным поклоном. Рядом сквозь зубы тихонько пыхтела подруга, к таким «упражнениям» непривычная.
– Приветствую вас, дамы и господа! – Глубокий, с бархатистостью, голос царя был встречен невероятно радостно – присутствующие выпрямились. Марья, кажется, пробормотала хвалу богам. Ньёр явно тоже это услышал, потому что губы подрагивали от сдерживаемого смеха.
По традиции первая часть новогоднего празднества была посвящена награждениям и чествованиям тех, кто в уходящем году совершил нечто выдающееся. Виора напряженно замерла, забыв даже дышать. Мягкие теплые потоки скользнули вдоль рук, полуобнаженных по последней моде плеч, погладил кожу шеи, коснулись мочек ушей и… успокоив девушку чувством защиты, исчезли.
Ньёр стоял чрезвычайно прямо, смотрел на представление и награждение, и всё же, не дотрагиваясь и краем одежды, был невероятно близко, напоминал, что его пламя вокруг неё, защитит, убережет. И холод, затаившийся настороженно в груди, потянулся к магу в ответ. Невероятная вещь: ей не вредил его огонь, ему – её стужа. В общем, успокоить он Виору смог, и она безмятежно ожидала, пока царь наградит орденами вельмож.
Распорядитель в очередной раз стукнул жезлом о пол и провозгласил:
– Приветствуем…
Дальше для девушки всё слилось в единый смазанный яркий вихрь. Она прошла вперед, к ступеням трона и вновь склонилась в поклоне, почти утопая в пышных юбках своего нового платья. Затем по слову царя поднялась, выслушала приветствие и приняла из рук монарха украшенный вензелями пергамент, которым теперь официально закреплялась её двойная фамилия и принадлежность к благородным. Отныне никто не сможет упрекнуть или привязать к Эстен-Тьеро или Торн-Геор. Слова благодарности и новый поклон исполнила почти автоматически, хорошо, что Ньёр заставлял тренироваться. А ещё всё время её поддерживала теплая волна. Беспокоится. Боится новых проблем.