— Это, правда, ты? — её пальчики дрожащей волной бегут по моему лицу.
— Я, — ловлю губами мизинец и нежно прикусываю его.
— Но… Как?..
— Лучше не думай об этом. Я всё знаю теперь. Если бы не Сантар, всё могло бы закончиться плохо.
— Не могу поверить, — шепчет то, что я предполагал и без её слов. — Я так горевала… Я так хотела к тебе… Я звала тебя…
Вижу в глазах жены слёзы и хочется вернуть вчерашний день, чтобы не отдавать виновных высшему суду, а наказать их самому. Без суда и следствия!
— Прости, что не пришел…
— Глупый… Не за что прощать! Ты здесь, и это самое главное!!! Я так люблю тебя!!!
— Я люблю тебя, — впервые в жизни произношу эти слова и не чувствую абсолютно никакого дискомфорта. Сейчас это кажется таким естественным словно восход солнца, словно свежесть после дождя.
— Ты… видел её?.. — тихо спрашивает жена.
Я понимаю, кого она имеет в виду.
— Видел. Но сразу же понял, что это не ты. Ненастоящая ты. Что с тобой что-то сделали. Она больше не причинит вреда. Никто из них! Леса больше нет. Зла больше нет.
— А… король и королева?
— Всех казнят, — отрезаю. — Милая, давай не будем об этом. Они не заслуживают даже упоминания.
— Хорошо, — прижимается губами к моей шее.
— Я хочу у тебя кое-то спросить… — не могу сдержать улыбки. Дурацкая ситуация.
— Да…
— Может, познакомимся? Как твоё настоящее имя?
— Ульяна. Но многие меня так и звали — Уна.
— Переучиваться, значит, не придется?
— Не придется, — на лицо жены неожиданно ложатся тени. — Баст… Только… Ребенка больше нет.
Превращаюсь в камень. Сломанная надежда острой стрелой пронзает внутренности.
— Мы всё исправим. Обещаю. Давай сейчас направимся к Сантару. Я хочу, чтобы он осмотрел тебя, хочу убедиться в том, что ты здорова.
Когда мы переступаем порог комнаты, где, как всегда, находится Сантар, он улыбается нам.
— Добро пожаловать домой, Королева, — приветствует он мою жену.
— Спасибо. Я скучала по Вам, — зардевшись, признается Уна.
— Сантар… — паника душит изнутри. — Посмотрит Уну… Всё хорошо?
Не переставая улыбаться, старец сканирует мою жену ставшим вдруг неимоверно ярким взглядом.
— Всё хорошо. С королевой. С вашим ребенком.
— Что? — вскрикиваем одновременно с Уной.
— Малыш здоров. Не сомневайтесь!
Дракон ревет внутри меня. Хочет взметнуться молнией ввысь, озарив окружности громким ревом, чтобы известить всех о своей радости.
Стоп… Дракон? Дракон???
— Сантар… — испытывая надежду, которая может оборваться в любую секунду, впиваюсь взглядом в старца.
— Королева Уна, я могу просить Вашего разрешения поговорить с Бастом наедине?
— Да, конечно. Я пока поприветствую Скеру.
— Сантар… Дракон жив? Я чувствую его… — сбивчиво объясняю, когда за женой тихо закрывается дверь.
— Жив. Душа Уны не пустила его в чужой мир. Она встретила тебя на границе миров. Она ждала тебя.
Эпилог
Уна
— То есть ты хочешь сказать, что Сантар знает о том, что малыш Марко сейчас подожжет его бороду? — в моих глазах застыл ужас. Я едва держу себя в руках. Готова сорваться с места, чтобы оттянуть сына от старца.
— Конечно, знает. Всё под контролем. Так Сантар научит Марко чувствовать ответственность за свои поступки. Особенно те, что связаны с огнем.
Стараюсь верить каждому слову мужа. Иначе не бывает. Однако, когда седая борода вспыхивает ярким пламенем и Сантар принимается прыгать, словно молодой мальчик, не выдерживаю и несусь на помощь.
— Марко!!! — оттягиваю в сторону малыша, и, стянув с себя плащ, набрасываю его на бороду старца, стараясь потушить её. Но сделать это не так просто. Она словно по волшебству вновь и вновь вспыхивает разноцветными огнями.
— Баст, — призываю на помощь мужа. Но тот застыл с нашей малышкой на руках и даже не думает что-то делать. Лишь посмеивается.
Наконец справляюсь с пожаром. Смотрю на еще недавно бывшей длинной броду. Сейчас же это какой-то оборванный куст из волос.
— Простите… Простите… — шепчу Сантару.
Одновременно с тем начинаю хохотать. Уж очень смешно выглядит сейчас старец.
— Королева, — шепчет в ответ Сантар, — спасибо, конечно. Но в следующий раз позвольте мне самому разбираться с последствиями.
— Значит, Вы действительно всё это контролировали?
— Иначе и быть не может, — заверяет меня. Затем обращает взгляд на Марко. — Подойди ко мне.
Вздохнув и признавая свою недальнозоркость, направляюсь обратно к мужу.