Мы с баб Мотей сидели за чашечкой утреннего кофе и подробно разбирали эту ситуацию.
— Я считаю, что если деньги хорошие — нужно идти на вечеринку, — заметила мне баб Мотя, лучась улыбкой. Она обожала истории про “лёгкие деньги”, особенно когда после я приходила с бутылочкой ликёра и мы гудели под древние пластинки в её двушке.
Внук купил баб Моте квартирку ровно под нами и почти сразу мы, как две созданные друг для друга родственные души, стали дружить.
— Кста-ати, мне тут сказали, что вы Иванова, прям как я.
— Ха! — баб Мотя закатила глаза. — И ты считаешь меня своей подругой, поганка? Хотя… я тоже не знала что ты Иванова, пока твоя сестра мне не сказала. Я теперь говорю, что вы мои внучки, когда врач качает права, что мне пора в стационар, ибо тут никакого присмотра. Твоя Люська даже пару раз спускалась и показывала паспорт…
— Мда… жизнь проходит мимо, — я налила себе ещё чашечку и проводила взглядом Люсю. По утрам в неё просто дьявол вселялся, так что девчонка становилась бешеной и нелюбезной. — Так вот. Давайте-ка припомним скольких Ивановых на районе вы знаете…
— А ты кого ищешь?
— Иванова А.П.
— А… П… Иванова… — баб Мотя пожевала губу.
Она была потрясающе симпатичной для своих лет, убирала волосы в элегантный пучок и носила жемчуг на шее, как английская королева. Но ругалась, как сапожник, курила через мундштук папироски и имела страсть к вину и сериалам про вампиров. Каждую пятницу они с Люсей смотрели “Дневники вампира” и “Первородных”, а потом делали вид, что не понимают о чём я.
— А… П… — опять пробормотала она. — Хотя… Господи, боже. Кого я обманываю, я не знаю ни одной бабки во дворе!
— Да она не бабка. Трусы с алишки… ну какая бабка. Она молодая, я думаю.
— Знаешь, я схожу завтра к одной соседке… она считает что мы подружки, но на деле я просто пользуюсь её добротой и рецептом на снотворное. Так вот она всех знает и в нашем районе и в трёх соседних!
— Ага… — теперь я долила кофе баб Моте. — Теперь вопрос такой. ЖК “Мир” - вам о чём-то говорит?
— Мир? Там внук мой живёт! — гаркнула баб Мотя. Ну ладно, про её внука я наслышана. Вот паззл и сошёлся, видимо это баб Мотя мне вложила в голову этот комплекс.
— Ясно… Я почему-то решила, что одна из посылок была туда…
— Исключено, у них другая почта. А теперь вернёмся к частной вечеринке! Пиши и соглашайся! Нинка пусть жирок растрясёт, поработает в две смены.
— Да жалко её…
— Жалко у пчёлки в попке! А что духи не пришли жалко, конечно… Я тогда тебя наслушалась же и тоже заказала с того сайта.
— Правда? — я аж подпрыгнула. баб Мотя не была совсем уж старушкой. Вернее она была молодой до мозга костей.
Дарила мне удивительные боди ручной работы, которые заказывала где-то в ателье и душилась коллекционными духами.
— Ага. Забежишь как-нибудь, попробуешь. Правда я ими чуть дурищу с шестого не убила. У неё астма, она пришла и присела на уши, а я ей, ой смотри, что мне пришло. Она думала я лекарства заказала в аптеке. Уши-то навострила, вся такая я не я, а я ка-ак брызну ей в нос. У-у-у-у, она как начнёт ужом вертеться.
— Баб Моть, это очень жёстко, — я покачала головой, но баб Мотя уже закатилась в смехе.
— Поживёшь с моё, от скуки и не такое отмочишь. А ты, — она ткнула пальцем в убегающую Люсю, которая безбожно опаздывала в школу. — Если ещё одно занятие пропустишь, я с тебя шкуру спущу!
— Ладно, ладно. Hasta pronto! — и Люся упорхнула из квартиры.
Эта поганка выпросила оплатить ей уроки испанского, которые давала баб Мотя, и теперь безбожно пропускала.
— А теперь самое интересное… — стоило уйти Люсе, я навалилась на барную стойку и приблизилась к баб Моте, будто нас могли подслушать. — Расскажите про своего внука!
***