Катя засмеялась и хлопнула ладонью по столу:
– Макар, это кино какое-то!
– В его профиле, кстати, отмечено, что лучше всего удаются роли военных, пожарных и сотрудников МЧС.
Катя прыснула от смеха:
– Ты шутишь!
– Хотел бы. Но нет. У нас в части, Кать, половина – тюфяки, а половина – непонятно кто. И большинство между собой – родственники. Машины приезжают и уезжают, документы никто не спрашивает. Я уже и не знаю: это пожарная часть или театр абсурда. Добро пожаловать в Бурдаковск!
Катя снова крутанула ручку в пальцах, машинально подбросила в воздухе и тут же ловко словила:
– В школе тоже странности: учителя словно на две категории разделены. Первая – все как обычно, своя иерархия, свои интриги. А вот вторая… Я их про себя «юристами» назвала.
Макар с любопытством посмотрел:
– А ты откуда знаешь, как юристы выглядят?
– Знаю – и все тут.
– Так может, ты работала в офисе и занималась составлением договоров?
– Ох, не знаю я, – вздохнула Катя и снова машинально подбросила ручку.
– Кстати, а это ты откуда умеешь?
– Что? – растерялась она.
– Ручкой так ловко вертеть.
Катя посмотрела внимательно на ручку, выпрямила спину. Несколько секунд она смотрела на нее и вдруг начала жонглировать.
– Ого! Ты, случайно, не циркачка в прошлом?
Катя вдруг задумалась, потом медленно улыбнулась:
– Может, и циркачка… Но я точно тот человек, который привык не ронять то, что подбрасывает жизнь.
Макар рассмеялся:
– Всё, на следующие выходные едем в цирк. Осталось только найти, где поблизости он есть.
– Сможешь узнать?
– Так точно, мой генерал.
– Не подсмеивайся. Обещал помочь найти, кто я… значит, идём в цирк.
– М-м… – Макар склонил голову, заглядывая ей в глаза. – Я вот думаю: ты можешь быть кем угодно. Но точно – человеком, который не даст здесь скучать.
Катя посмотрела на него и вдруг почувствовала это странное, тихое счастье: они сидят на кухне, чай горячий, Пухляк сопит рядом, а за окнами город, который кажется странным и запутанным, но теперь уже – ее городом.
– Значит так, – подытожил Макар, – запекаем мясо, пьем чай, и после этого ищем цирк в интернете.
Катя снова подбросила ручку и на этот раз ловко поймала ее тремя пальцами, сделав маленькое вращение.
Макар присвистнул:
– Да ты, похоже, не только циркачка. Ты могла бы быть ещё и фокусницей.
– Или мошенницей, – усмехнулась Катя. – Хотя… это бы объяснило, почему у меня так хорошо выходит спорить с завучем и устраивать на работу пожарных.
Они вышли на балкон с чашками чая. Раскат грома напомнил, что где-то над горизонтом собирается гроза. Но здесь, под теплым светом фонаря, в доме с уютным садом и котом, неспешными разговорами, Катя вдруг поняла что-то очень важное. Она шепнула, зная, что их здесь никто не услышит:
– Макар… спасибо, что ты есть.
– Дай только шанс, и ты еще устанешь от моей заботы.
И они засмеялись вдвоем.
Глава 19. Лебедь
Катя проснулась от того, что за окном уже сияло солнце, а в комнате пахло свежесваренным кофе. Она потянулась, улыбаясь – редкое утро без тревог. С понедельника начнется ее работа в школе, и она обязательно сумеет пробраться ближе к Соне. По крайней мере, уже удалось выяснить, что девочка в безопасности. Нина, с которой Катя становилась все ближе, шепнула, что с девочкой все в порядке и как минимум месяц она пробудет в школе. Интересно, а что потом?
Из кухни доносились приятные домашние звуки: клацанье чашек, легкий скрип открывающейся двери холодильника, шорох упаковки, шум включенной воды и голос Макара, напевающего себе что-то под нос. Она подошла к двери, приоткрыла и остановилась на мгновение: он стоял спиной, раскладывая бутерброды в ланч-бокс.
– У нас намечается выезд? – спросила она, выходя на кухню.
Макар обернулся и подмигнул:
– Миссис Х, собирайтесь. Сегодня операция «Поиск твоего прошлого». В радиусе тридцати километров нами замечены подозрительные цирки, магазины, парки и рестораны.
Катя рассмеялась и села за стол.
– Мне кажется, у тебя есть скрытая тяга к романтическим расследованиям.
– Еще какая! – Макар поставил перед ней чашку. – А главное – я обожаю квесты с непредсказуемой концовкой.
Катя отпила кофе, посмотрела на него внимательно и чуть тише сказала:
– А вдруг я тебе не понравлюсь, когда вспомню?
Макар наклонился и легонько коснулся ее лба:
– Если ты мне нравишься прямо сейчас – зачем мне бояться того, что будет потом?