Часть 4
Сегодня Финни был после ночной смены и в кои-то веки смог выбраться с Коннором вечером в паб. Для разнообразия они пошли не к Гарри, а в новое место в центре города. — Давай рассказывай о своей роковой бабе, — потребовал Коннор, едва они уселись за столик с пенными пивными кружками. Финни усмехнулся. — Никакая она не роковая, а очень хозяйственная. Она из деревни, даже в колледже не училась. — Ну, для этого дела колледж не нужен. — Коннор подвинулся ближе, хотя в пабе было так шумно, что его вряд ли бы кто-то услышал, даже если бы он орал во весь голос. — Как она в постели-то? Здоровая деревенская телочка объезжает тебя каждую ночь. Завидую, завидую. — У нас ничего не было. У Коннора так вытянулось лицо, что Финни не удержался от смеха и едва не расплескал пиво. — То есть она живет у тебя целый месяц, а ты ее до сих пор не трахнул?! — Коннор возмущался так, словно отсутствие секса у Финни портило потенцию и ему. — Жду подходящего момента. — Финни все же решил не рассказывать другу о припадке Мэйв после поцелуя. — Слабак ты просто. — Коннор завел свою любимую волынку. — С бабами, с ними надо суровее быть. Брать штурмом! Он взмахнул кружкой, точно это был штандарт с флагом. — И когда же ты последний раз «брал штурмом»? — ехидно осведомился Финни. Коннор горделиво подбоченился. — Вчера. Финни слизнул пенные усы. — Я имею в виду не шлюху, их брать не нужно, они сами отдадутся. Коннор сразу сник и поспешил перевести тему. — Познакомь меня со своей Мэйв, что ли. — Чтобы ты взял ее штурмом? — Финни хохотнул. Но Коннор вдруг посерьезнел. — Чтобы я убедился, что она не какая-нибудь хитрая стерва. Ты ведь такой лопух: увидел смазливое личико — и все, из тебя веревки можно вить. Финни смутился. Коннор был в чем-то прав, но признавать его правоту не хотелось. — А кого лондонская девчонка развела на ужин… Финни не договорил, так и застыл с разинутым ртом. — Ничего она меня не развела, — начал привычно возражать Коннор, но тут заметил остекленевший взгляд друга. — Что такое? Ты как будто привидение увидел. — Там… она, — с трудом выдавил Финни. У барной стойки с кружкой пива стояла Мэйв. Если бы она была одна — ничего страшного. Мало ли, зашла пропустить кружку-другую после работы. Но рядом с ней топтался бородатый мужик в клетчатой рубашке. Они склонились так близко друг к другу, что, казалось, вот-вот соприкоснутся губами. Финни кровь ударила в голову. Он уже был готов сорваться с места, броситься к бородатому хмырю и оторвать ему бороду нахрен. И не только бороду. Слегка брезгливый голос Коннора подействовал на него как ушат холодной воды. — У стойки, что ли? Ну, ты даешь! Раньше хоть красивых выбирал, а теперь… Страшная и плоская, как доска. — Не в сиськах счастье, — буркнул Финни. Злость постепенно уходила, оставляя лишь чувство горечи. Какое он имеет право бить того мужика? Никакого. Ведь Мэйв не его девушка, она ничего ему не обещала. Ну да, сказала, что он ей нравится, но «нравишься» — это не «люблю». Может быть, бородач ее родственник? Ага, внезапно нашедшийся брат. Прям как в сериале. — Что за мужик с ней? — Коннор тоже заметил бородача. — Ха, сучка еще и гуляет от тебя? Пойдем-ка, всыплем этому засранцу! Коннор начал подниматься из-за стола, Финни ухватил его за руку. — Не стоит… — Еще как стоит! Благо в это время Мэйв и бородач направились к выходу. — Гони ее в шею! — заявил Коннор, плюхаясь обратно на стул. — Не могу, — процедил Финни. И понял, что действительно не может. Коннор пристально посмотрел на него, помолчал и хмуро спросил: — Что ты в ней нашел? — Не знаю, — честно ответил Финни. — Эх. — Вздохнув, Коннор махнул рукой. — Лопух ты, как есть лопух. Финни промолчал. Настроение испортилось, разговор уже не клеился, и вскоре они с Коннором разошлись. Домой Финни вернулся рано, не было еще и десяти. В гостиной мама и Мэйв смотрели вечернее шоу: на экране главная героиня передачи, вульгарно размалеванная женщина, размазывала тушь по щекам и рассказывала, как муж ей изменяет. Финни хотел прямо тут же в лоб спросить Мэйв о бородаче, но что-то удержало его. Возможно, присутствие матери. Сославшись на усталость, он прошел к себе и рухнул на кровать. На душе было гадко. Утром Финни спустился к завтраку мрачный и молчаливый. Мэйв же, напротив, была странно оживленной, улыбалась и говорила больше обычного. — Щебечет, словно птичка, — заметила мама, когда Мэйв вышла из кухни. — Видимо, кое-кто ее порадовал. И она подмигнула Финни. — О да, порадовал, — прорычал он. Мама удивленно округлила глаза. — Ты сегодня не в духе. Встал не с той ноги? Или… Вернулась Мэйв, и мама замолчала, хотя понятно было, что она хотела сказать. — Верно, ты какой-то мрачный с утра. — Похоже, Мэйв услышала обрывок разговора. — Все в порядке? Ты не заболел? Она протянула руку, собираясь потрогать его лоб, но Финни уклонился. Он уже почти собрался спросить ее, но снова какой-то внутренний барьер удержал его. И дело было не в маме. Возможно, он просто боялся услышать правду. — Не выспался, — соврал он. — Жаль, а я думала, мы сможем сходить в кино, — разочарованно проговорила Мэйв. — Я знаю один бодрящий отвар… Но отвара не понадобилось. Ее желание куда-то с ним сходить взбодрило Финни не хуже кофе. Мэйв впервые проявляла инициативу! Они сходили в кино, затем погуляли в парке. Мэйв оставалась все такой же оживленной, как и утром. И была удивительно нежной с Финни. Во время сеанса она брала его за руку во время особо напряженных моментов фильма, а под конец даже позволила приобнять себя за плечи. Когда они сели на скамейку возле пруда в парке, Мэйв совсем огорошила Финни, тихо сказав: — Поцелуй меня… пожалуйста. — Ты уверена? — осторожно спросил он. — Я уже говорил: не нужно себя заставлять. Я не выгоню тебя из дома, если ты не ответишь на мои чувства. Мэйв решительно тряхнула головой. — Я хочу попробовать, как это… Когда по-настоящему. И добровольно. Финни не совсем понял, что она имеет в виду, и не стал гадать. Он осторожно положил ладони на щеки Мэйв и ощутил, что она мелко дрожит. Подумал, что стоит остановиться, но желание ощутить вкус ее губ было сильнее. И в конце концов, она ведь сама его попросила. Ее губы были такими же, как он запомнил: потрескавшимися и совсем не мягкими. Поцелуй принес с собой странные ощущения. По телу разлилась сладкая истома, но в то же время Финни почувствовал какую-то светлую грусть. Так, что захотелось плакать. Он не стал слишком наглеть, демонстрировать умение целоваться и лезть в рот Мэйв языком. Так что поцелуй вышел почти целомудренным. Когда он отстранился, то увидел, что глаза Мэйв широко раскрыты. Все тот же взгляд, сквозь Финни. Куда-то в далекие дали, ведомые лишь ей одной. С этого дня они вроде бы стали парой. Хотя Мэйв ничего не говорила о любви, но они с Финни регулярно выбирались на свидания. Правда, поцелуев больше не получалось, но Финни решил, что Мэйв просто нужно время. Мысленно он уже выстроил всю картину произошедшего. Бородатый — ее бывший. У них были сложные отношения, возможно, он ее бил, поэтому она так дичится мужчин. Тогда в пабе была их последняя встреча, на которой Мэйв сообщила, что уходит от него. Поэтому она стала проявлять расположение к Финни только на следующий день — окончательно порва