Парень должен был усвоить, что Бруно – его единственная надежда, и это, кажется, получилось.
– Мне нужно задать тебе несколько простых вопросов, и ты должен только подтвердить, так обстояло дело или нет.
Лицо парня покрыла восковая бледность, он устремил на Бруно блуждающий взгляд.
– Позавчера ночью ты возвращался с болот, где охотился, и заметил женщину посреди дороги.
Парень кивнул.
– Ты остановился, вышел из машины.
– Из пикапа, – зачем-то уточнил парень.
– Хорошо: из пикапа. Ты заговорил с ней, она была вне себя.
– Умоляла, чтобы я остался с ней.
Бруно на мгновение представил себе сцену. Увидел Саманту – нагую, хрупкую, напуганную, как она цепляется за ноги первого человеческого существа, которое встретилось ей после стольких лет и которое не было монстром. Понимала ли она, что мир за пределами ее тюрьмы уже давно мог исчезнуть в небытии?..
– Она была вся исцарапана, и нога сломана, – продолжал парень. – Я подумал, что произошла авария.
– Авария? – протянул Дженко, давая понять, что не позволит себе вешать лапшу на уши. – Но послушай: почему же ты уехал, оставив ее в таком положении?
– У меня были приводы, – стал оправдываться парень. – Мне не нужны неприятности. – Но при этих словах он опустил взгляд.
Он не просто врет, подумал Бруно. Ему стыдно.
– Что за авария такая, в которой женщина ломает ногу и остается без одежды? – Сыщик припомнил темную нотку, которую уловил в голосе этого человека, когда прослушивал запись звонка.
Ужас.
– Ты нагородил мне кучу вранья, – выпалил он. – А правда в том, что ты со страху обделался. – Странное дело: ему было нелегко произнести эти слова. Определенно, у человека с лицом, похожим на подгоревший тост, жизнь и без того нелегкая.
Парень с испугом огляделся вокруг:
– Послушай, я не…
Минуты уходили неумолимо, и Бруно не мог позволить себе такой роскоши, как сочувствие.
– Ты испугался потому, что женщина сказала: кто-то гонится за ней.
Парень ответил не сразу, и Дженко подумал, что попал в точку.
Но тот покачал головой.
– Ведь кто-то гнался за ней, правда? – настаивал Бруно, уверенный, что все понял правильно, а тем временем уровень адреналина все возрастал.
Снова молчание. Но на этот раз то, что парень не решался ответить, было равносильно признанию.
Бруно такого не ожидал. Неужели юнец в самом деле сознается, что видел в лицо монстра, похитившего Саманту Андретти? Человека, чью личность не смогли установить за пятнадцать лет? Дженко чувствовал, как неистово бьется его больное сердце, и надеялся только, что оно не откажет прямо сейчас, в этот миг. Нужно сдержать эмоции, сохранить спокойствие и извлечь как можно больше из сложившейся ситуации.
– Ты сможешь его описать? – Задавая вопрос, он достал авторучку из кармана пиджака. Потом извлек медицинскую справку, единственный клочок бумаги, который у него был.
Парень совсем разволновался.
– Спокойно: давай все по порядку, – сказал Бруно, приготовившись делать пометы. – Волосы длинные, короткие?
– Не знаю…
– Высокий, низенький, худой или толстый?.. Как он был одет?
Парень, пряча глаза, пожал плечами.
А время бежало быстро, слишком быстро. Очень скоро Бруно придется уходить, если он не хочет оказаться в заведении в момент штурма.
– Как это ты ничего не помнишь? Ты хоть понимаешь, что полицейские от тебя не отцепятся? – Бруно видел, что парень все еще напуган. И не полиция внушает ему такой страх. На глазах у него показались слезы. Ужас, повторил про себя Дженко. Он должен понять, что произошло, – должен. – Тот человек был при оружии?
– Не знаю…
– Но у тебя-то было оружие, так? – Вывод сделать нетрудно, имея дело с браконьером.
– Ружье, – еле слышно произнес тот.
– Стало быть, в случае чего ты мог защищаться. Тогда почему удрал?
Парень замкнулся в упорном молчании.
Бруно посмотрел на часы. Десять минут почти истекли. Дольше оставаться небезопасно. Но нельзя и уйти, не выяснив все, что известно этому типу.
– Послушай: ты уже бросил бедную женщину, которая молила о помощи, и за одно это заслуживаешь того, чтобы гнить в тюрьме двадцать лет. Не повторяй ошибки… Думал очистить совесть анонимным телефонным звонком? Даже самый мерзкий из преступников никогда не забывает, что он – человек, а я тебя уверяю, что повидал многих таких. Возможно, я предлагаю тебе последний шанс все расставить по своим местам.
– Если я скажу тебе, ты не поверишь… – Юнец поднял на него умоляющий взгляд.
– Чему не поверю? Говори, черт… – Бруно начинал терять терпение – три минуты: дорога за окном все еще была пустынна.