- Привет, Светик! Как дела?
- Бодро! Иду ко дну.
- Мы сейчас приедем.
- С мамой Таней?
- А ты как хочешь?
- Узнай телефон Андрея.
- Чувство вины?
- Глупости. Просто человек ушёл и не попрощался.
- Ну тогда мы приедем с Мишей. Ты понимаешь, если я ему позвоню, то нам трудно будет расстаться.
- Ну давай с Мишей.
Люська в своей уверенности относительно чувств Михаила прелестна. А появились они только часа через три. Люся, видя мою беспомощность, начала распоряжаться. Михаилу приказала развлекать меня, а сама с мамой Таней ужужжала в кухню и там гремела посудой. Впрочем, гремела всё же Татьяна Фёдоровна, а Люся распоряжалась.
Миша сразу меня удивил. Он подъехал ко мне, решительно пощупал мою голову тыльной стороной ладони и спросил.
- Что, Светлана, плохо?
- Плохо, Миша, - произнесла я, делая глотательное движение, чтобы унять тошноту.
- У меня тоже бывает, но теперь очень редко. Меня возили в Санкт-Петербург. У них военно-медицинская академия и там меня подлечили.
- Совсем?
- Нет, конечно. Такое не излечивают.
- А почему у тебя такое?
- Инфекция.
- Ну ты ходил когда-нибудь?
- Маленьким, я даже не помню.
- А снится тебе, что ты ходишь?
- Очень часто. Иногда летаю, - вздохнул Михаил.
- А я где-то читала, что мы должны летать. Это генная память, у нас с птицами всего два различия.
- Как это?
- На уровне генотипа, с птицами два различия, а с обезьянами сто восемь. Представляешь? Мы с птицами близкие родственники, они наши кузины. А обезьяны просто соседи.
- Классно! А я думаю, почему это человечество обычно ауфедерзейн с мостов делает.
- Ну зачем так грустно? Просто это последний шанс изменится и стать другим. Устают быть людьми. Поэтому и делают шаг вверх.
- Ты думаешь?
Мы улыбнулись, поняв друг друга.
- Можно я на крышу выеду?
- Да, пожалуйста. Ты не полетишь? А то мне потом мучиться всю жизнь.
- Нет, - он решительно повернул ручку входной двери и городской шум ворвался из-за стеклопакета. Но я уже не реагировала. Миша сидел в коляске у окна и разглядывал что-то.
- Ты хорошо знаешь Берика? - спросила я.
- Конечно, он же мой тренер по шахматам.
- Ты его видел.
- Да, только по скайпу.
- Он не приходит к тебе во сне?
Мишины двигатели зажужжали и он вернулся в комнату и закрыл дверь.
- Да. И к тебе тоже приходит? - удивился он.
- Как он это делает?
- Не знаю, но он и не такое может. У него абсолютная память. Он помнит всё, представляешь? Я беру у него уроки и тоже сейчас тренирую память.
- Ну и как?
- Зеро! Никаких сдвигов! То есть у меня и своя неплохая, но это по-моему врождённое. Хотя он и утверждает, что натренировался.
- Он не врёт?
- Зачем? Я проверял. Да и к тому же его одновременные игры в шахматы.
- А угадывания в тотализаторе?
- Ну это как раз глупость. Он просто рассчитывает вероятность. Человек - машина!
- А вы с ним о чём-нибудь разговаривали, ну, о чём он мечтает? Или чего хочет?
- Ну это то как раз предсказуемо. Он хочет быть мобильным.
- Ну а что мешает? Деньги у него есть. Нанял машину и вперёд.
- Да там какая-то ерунда с пищеварением. Он нанял, его так растрясло, что чуть не отдуплился...
Глава 15
Глава 15
Всегда корила себя за излишнюю фантазию, вечно напридумываю себе Бог знает что. Мальчику скучно, вот он и занял себя игрой, втянул Люсю, она - меня. Ах, да! И всех других... Ну уж нет! Я закипела.
- Позови подружку, Миша!
- Зачем? Сейчас, по-моему, она сюда приедет чай пить.
Я не сделала скандала. Мишина рассудительность меня остудила. А через пять минут Люся привезла поднос с чайным приготовлением, отдала тёте Тане разливать дымящийся напиток в мои любимые чашки.
- Ты сегодня отлежись, а мы сейчас к тёте Гале съездим.