Не говоря ни слова, он тронулся с места и повёл машину по ночным улицам. Он не смотрел на меня, его профиль в свете фонарей казался сосредоточенным и спокойным. Но напряжение в салоне было таким плотным, что его можно было резать ножом. Он не задавал вопросов, не начинал разговор о Роне. Он просто вёл машину, давая мне понять, что полностью контролирует ситуацию и этот разговор начнётся только тогда, когда он этого захочет.
А я сидела, пристёгнутая тем самым ремнём, чувствуя, как горит щека в том месте, где коснулись его пальцы, и пытаясь загнать обратно бешено стучащее сердце. Он даже не прикоснулся ко мне по-настоящему, а будто обжёг.
- Ты хотел рассказать о Роне. Что с ним? - развеяла я тишину.
- Я нашёл одного человека, который помогает мне присматривать за Роном. Михаил больше не побеспокоит его.
« Если я спрошу его об Артёме, ответит ли он? Я должна вести себя аккуратно, чтобы не раскрыть себя перед ним. С чего начать то?»
-Слушай... Кое кто мне сказал, что у этого Михаила есть старший брат.
-Ну и ?
-Мне нужны его контактные данные.
- Зачем?
- Слышала он красавчик и я ему не безразлична. Хочу увидеться с ним и поговорить. - проговорила я , пытаясь скрыть правду от Максима.
- Думаешь я в это поверю?
- А что не так?
- Ты не из тех девушек, который могла бы крутить роман с обидчиком брата. Хочешь устроить разборки?
- Мне нужны лишь контакные данные. Кто мне нравиться тебя не должно волновать.
Машина резко дернулась и замерла у обочины. Ремень безопасности впился мне в плечо, и я вскрикнула от неожиданности. Сердце бешено заколотилось, уже не от страха, а от чего-то другого, более дикого и неподконтрольного.
Прежде чем я успела что-то понять, Макс повернулся ко мне. Его движение было стремительным и хищным. Он положил локоть на руль, а другую руку — на подголовник моего сиденья, отрезая мне путь к отступлению. Его лицо снова оказалось в сантиметрах от моего. В салоне царила тишина, нарушаемая только нашим прерывистым дыханием.
— Ты уверена, что тебе нравиться такие парни , как Артём? — прошипел он, и его голос звучал низко, почти зверино. В его глазах плясали не чёртики, а настоящие демоны — ревность, гнев и то самое невероятное влечение, которое висело между нами с первой встречи. — Тогда что думаешь обо мне? - он намеренно сделал паузу, его взгляд скользнул по моим губам.
-Ты слишком сильно начинаешь наглеть. — попыталась я парировать, но мой голос дрогнул.
— Тише... — отрезал он тихо, но так, что по спине пробежали мурашки. Он приблизился ещё на сантиметр. Его дыхание снова смешалось с моим. — Ты думаешь, я не знаю, что ты задумала?
— Я не знаю, о чём ты... — слабо попыталась я солгать.
— Не ври мне, — его голос стал опасным и бархатным одновременно. Он медленно провёл кончиком пальца по моей щеке, и это прикосновение обожгло сильнее, чем любая грубость.
Он снова посмотрел на мои губы. Воздух в салоне стал таким густым, что его можно было резать ножом. Казалось, ещё мгновение — и он совершит то, что не сделал, пристёгивая меня. Его взгляд говорил обо всём — о желании, о власти, о знании моей тайны.
Но вместо этого он отодвинулся. Так же резко, как и наклонился. Он снова устроился за рулём, взялся за рычаг коробки передач. Его лицо стало каменным и непроницаемым.
— Контактов Артёма у меня нет. И ты их не получишь, — произнёс он уже спокойным, деловым тоном, глядя на дорогу. — А теперь скажи свой адрес, вдруг я не туда еду.
Он не оборачивался, но каждый его мускул был напряжён. Он дал мне понять, что игра идёт по его правилам. И что его терпение и его желание контролировать ситуацию — на пределе. Химия между нами всё ещё висела в воздухе, невысказанная и нереализованная, но от этого ставшая только опаснее.
- Улица Пролетарская 15.
« Так и знала. Зря вообще затеяла этот разговор... Но судя по тому как Макс так подкатывает ко мне, не сказала бы я что его ориентация хромает. Или он что-то понял?»
Машина плавно подкатила к моему дому. Макс даже не заглушил двигатель. Свет фар выхватил из темноты знакомые ворота.
— Спасибо за... — начала я, торопливо отстёгивая ремень. Голос звучал сдавленно.
— Не за что, — он не смотрел на меня, уставившись в лобовое стекло. Его профиль в полумраке казался высеченным из камня — отстранённым и непроницаемым.
Больше не сказав ни слова, я распахнула дверь и почти выпрыгнула на прохладный ночной асфальт. Не оглядываясь, я побежала к калитке, чувствуя, как спину пронзает его тяжёлый, невидящий взгляд. Ключи звякнули в дрожащих пальцах.