«Она вернулась», — говорит Слим и хлопает Солта по плечу. «Спасибо, мистер Солт».
«Питер, — говорит он. — Зови меня Питером, Слим».
OceanofPDF.com
ГЛАВА 2
Двое сотрудников МИ5 сидят в отделении неотложной помощи в нескольких местах от Слима, наблюдая за разрастающимися обломками пятничного вечера. Она ничего не слышала, кроме того, что её матери ничего не угрожает. Широко расставив ноги и засунув руки в карманы кожаной куртки, неловко надетой поверх костюма, Тюдор Милз разглядывает трёх крупных девушек лет двадцати в слишком узких юбках и топах, все безнадёжно пьяные, а у одной под глазом синяк, разбитый нос и разбитая губа. «Видите это, и вы понимаете, что в этой стране всё кончено», — говорит он.
Глаза Солта забегали. Он пересел на стул рядом со Слимом. «Мы пойдём поедим. Вернёмся примерно через час. Переночуем в «Премьер Инн», если…»
«В этом нет необходимости. Я сама доберусь до Лондона. Я приеду, как только узнаю, что с ней всё в порядке. Ты же не против?»
«Они беспокоятся, что ты сбежишь».
«Зачем мне смыться, как ты выразился? Я буквально единственный человек, который есть у моей матери на этой планете. И, кроме того, какой смысл смыться, если я ничего плохого не сделал, мне некуда идти, и я здесь уже целую вечность».
зимой, ждешь вызова весной?
Милс встаёт и присоединяется к ним. «Мы пришли, чтобы привести вас сюда — поэтому мы здесь».
Слим видит волосы в носу, расширенные поры и рваные вены высоко на его лице.
щёки и ноздри. «Ты пришёл проведать меня. Отлично, ты это сделал, и теперь я гарантирую, что я приеду как можно скорее». Она, конечно же, видела сообщения и обратила внимание на письма с одного из анонимных аккаунтов, которыми управляло Управление. Она их не читала, потому что никто толком не отреагировал на её версию произошедшего на высоте тридцати тысяч футов в болгарском воздушном пространстве. К чёрту их, была её реакция. Она хотела, чтобы всё получилось – она была хороша в своей работе, лучшая – но ей нужно было, чтобы они согласились, что нет иного пути, кроме того, который она выбрала. Единственное, что она сейчас примет, – это официальное отпущение грехов, чёртово absolvo сверху. «Ты видел, в каком состоянии была моя мать» .
Если ей ничего не будет угрожать, я приеду туда к полудню на своей машине. Если возникнут проблемы, я позвоню.
Она не собиралась дожидаться, пока Тюдор Миллс привезет ее сюда, как какую-то сбежавшую девчонку-подростка, а дома нужно было чем заняться: собрать вещи на время госпитализации матери, найти кого-нибудь, кто покормит собаку (да, и собаку тоже), а еще ей нужно было принять душ, вымыть голову и подумать, что надеть, потому что она не могла пойти на допрос в выходные в светоотражающем плаще и ботинках.
«Пойдем возьмем себе кисло-сладкого и пива «Тайгер», — говорит Солт, вставая между Слимом и Милсом. — А потом посмотрим, что из этого выйдет, а?» Милс молча поворачивается и уходит. «Увидимся через час», — говорит Солт.
«Вам что-нибудь принести? Дим-самы, креветочные чипсы, хрустящие спринг-роллы?»
«Спасибо, нет».
Её телефон заряжается у торгового автомата. Она подходит, отключает его, кладёт зарядное устройство в карман, покупает в автомате бутылку воды и пачку мини-чеддеров и даёт фунты молодой женщине с тёмными кругами под глазами и спящим в мешочке младенцем, у которой нет мелочи. На стойке регистрации она спрашивает о матери; кто-нибудь придёт поговорить с ней, как только возьмут кровь и придут результаты рентгена. Она возвращается на своё место, одной рукой открывает телефон, другой достаёт мини-чеддеры и начинает листать фотографии с раскопок, щёлкая большим пальцем.
Всё началось на раскопках Алдер-Фен десять дней назад, в сырой понедельник с непрекращающимся восточным ветром. Её университетский друг и иногда любовник, Дугал Хасс,
вручил ей мастерок, отступил от Третьей Траншеи и объявил, что отправляется на вершину откоса, чтобы немного поработать и прокатиться. Остальные члены команды были в семидесяти метрах от них, там, где огромный экскаватор, разведывая кирпичную глину, потревожил очень старый лес. Как не уставал повторять Дугал, разница между лесом и деревом в том, что лес обрабатывается, в данном случае людьми с бронзовыми топорами, живущими более трёх тысяч лет назад. Третья Траншея казалась неперспективной, хотя Дугал сказал, что у него дёрнулся нос три недели назад, когда они впервые вонзили там лопаты в землю, после того как мини-экскаватор команды очистил верхние слои почвы. Когда Слим увидела, как он смотрит вниз с откоса в тот день, с его большой мужской улыбкой, подбадривая её: «Просто продолжай работать в этом месте, куколка», она поняла, что он дал ей второй шанс. Она начала с мастерка, затем взяла жёсткую щётку, которая прекрасно справлялась с глиной, высохшей на ветру, и всего за несколько лёгких взмахов обнажила кусок древесины длиной в метр и шириной в семь сантиметров. Она отложила щётку и работала руками, чтобы обнажить большую часть предмета. Он был длинным и впечатляюще прочным.