– Вы меня не помните? – спросила она ровным голосом.
Мужчина непонимающе уставился на нее, но затем сделал вдох и заговорил.
– Покажи мне свое лицо, – потребовал он, приближаясь к ней. – Покажи, если ты действительно та, о ком я думаю.
Сорэйю вновь обуял страх. Но все же она повернулась к огню, подняла трясущиеся руки и сбросила шаль, открывая старику лицо и струящиеся в нем реки яда, проступающие в ее венах по вине отчаянно колотившегося сердца.
Глаза старика сверкнули: он узнал ее.
– Я помню тебя, шахзаде. Помню ту ночь, – сказал старик с усмешкой. – Напугал я тебя тогда, не правда ли?
Лицо Сорэйи обжег гнев. «Я могу протянуть руку и дотронуться до него. Вот и посмотрим тогда, кто из нас окажется больше испуган», – подумала она. Но нет, Сорэйя не могла навредить ему. Он был ей нужен.
– Вы прятались здесь с тех самых пор? Я думала, йату более могущественны. Разве вы не можете использовать свое колдовство и сбежать?
– А как так вышло, что меня тут никто так и не нашел? – парировал колдун с кислой улыбкой, разведя руки в стороны. – Я наложил заклятие на дахму, отгоняющее желающих причинить мне вред. Однако без книг я могу насылать лишь мелкие проклятия на деревенских, используя останки их родственников.
Слово «проклятия» отдалось эхом у нее в голове, будто шипение змеи. Оно напомнило Сорэйе о цели ее визита.
– Я могла бы раздобыть ваши книги, если их не сожгли.
– Полагаю, не за просто так? – фыркнул в ответ колдун.
– Вы были верховным жрецом и должны знать, где лежит перо Симург. Расскажите.
Если вопрос и удивил йату, то он не подал виду. Он ненадолго смолк, обдумывая ее предложение, а затем кивнул.
– Оно в самом центре Царского огня.
– Прямо в огне?
Сорэйя вспомнила железную решетку, ограждающую огонь, а также жрецов, день и ночь следящих за тем, чтобы его никто не затушил. Если Сорэйе удастся оказаться в храме огня, когда там никого не будет, то она может чем-нибудь подцепить перо. Парвуанэ сказала, что сможет вернуть его, покончив со своими делами. А Сорэйя потом положит его назад, узнав секрет снятия проклятия. Она сможет освободиться, не предав семью. Она начала испытывать чувство, напоминавшее радость.
Однако йату покачивал головой, будто бы понимал, в каком русле текут ее мысли.
– Ты не поняла. Перо не лежит в огне. Оно часть огня. В любом другом огне оно бы просто сгорело, но в Царском оно становится частью языков пламени, давая огню силу оберегать шаха.
– Огонь защищает шаха? – переспросила Сорэйя, нахмурившись.
– До тех пор, пока перо находится в нем, – уточнил колдун, кивая.
Радость начала покидать ее. На смену ей пришел холодный, медленно распространяющийся по конечностям ужас, от которого к телу понимание услышанного пришло раньше, чем к разуму.
– То есть единственный способ заполучить перо…
– …это затушить огонь, – договорил за нее йату.
Эти слова погасили в Сорэйе последний лучик надежды. Даже если она вернет перо на место, это не будет иметь значения. Само по себе оно не способно защитить ее брата. Огонь же так просто не разжечь – ведь он берется из нескольких ритуальных источников. Это подставит Соруша под удар на неопределенный период времени. Единственный способ узнать о том, как снять проклятие, вынуждал ее подвергнуть брата опасности и пойти на преступление, за одну лишь попытку совершить которое йату был приговорен к смерти.
Колдун внимательно следил за ней.
– Ох, – сказал он дразнящим тоном. – Неужели я сказал не то, что ты хотела услышать? Что, не станешь искать мои книги, шахзаде?
– Возможно, у вас еще осталась возможность заслужить их, – ответила Сорэйя уверенным голосом.
Она едва не забыла о своей слабой надежде. Ведь йату может знать, как снять проклятие. Если ему это известно, то перо ей не понадобится.
– Расскажите мне, как снять с меня ядовитое проклятие.
На этот раз ее вопрос удивил его.
– Я думал, ты и так знаешь, шахзаде, – покачал он головой. – С помощью пера.
Сорэйя решила, что ей послышалось. Что беспокойство по поводу пера исказило слова йату. Но колдун продолжил:
– Перо Симург обладает силой восстановления. В твоем случае необходимо, чтобы кончик пера проколол кожу. Укола в палец будет достаточно.
Сорэйя закрыла глаза. В ушах у нее стучала кровь.
– Благодарю вас, – прошептала она безучастным голосом, поворачиваясь к колдуну спиной.