– Я не знаю, – ответила Сорэйя сиплым голосом.
Это был самый честный ответ, какой только пришел ей в голову.
Парвуанэ ждала продолжения, но поняв, что Сорэйе больше нечего сказать, кивнула и отвернулась, отпуская руки Сорэйи.
22
Сорэйя начинала переходить на ночной режим сна, совсем как дивы. Она спала днем, чтобы время ожидания пролетало побыстрее. Проснулась она с тяжелой головой, раздражительная: ей снова приснился кошмар. Однако в этот раз Сорэйя была Шахмаром, и руки ее были покрыты не венами, а чешуей. Подняв глаза, она увидела, что за ее превращением с удовольствием наблюдает Парвуанэ. Див открыла рот, и Сорэйя подумала, что та сейчас рассмеется. Однако вместо этого она задала ей вопрос:
– Ты остаешься со мной?
Затем она обернулась во множество мотыльков, окруживших Сорэйю, а затем опавших наземь один за другим, мертвых от единственного прикосновения к ней.
Сорэйя поднялась из своей на скорую руку сколоченной кровати, издав усталый стон. Она постаралась провести рукой сквозь свои спутанные волосы. Затем она встала и подошла к столу, идя на запах еды. Однако ее внимание привлекло нечто иное, лежавшее на столе. Эта вещь была ей знакома.
На столе лежало одно из ее самых прекрасных платьев. Сотканное из нежной фиолетовой парчи с вышитыми на ней розами, оно хранилось в ее гардеробе в Гольвааре. Она еще ни разу его не надевала. Сейчас же Сорэйя взяла его в руки и вдохнула немного затхлый аромат гардероба, показавшийся ей запахом роз из ее сада. Дом.
На полу стояла пара подходящих по цвету туфель. Рядом с платьем были выложены разнообразные украшения из ее набора, бутылек розовой воды и записка.
Сегодня в твою честь будет дан званый ужин. Приготовься, а я пришлюза тобой сопровождающего.
Сорэйя скомкала записку. Звук сминаемой бумаги напомнил ей звук ломающихся крыльев. Затем она села. «Я не стану наряжаться для него, – подумала она, заворачиваю айву в лаваш. – Но было бы здорово переодеться, к тому же в принесенную из дома одежду, – подумала она, откусив кусочек. – К тому же мне необходимо подыгрывать ему, пока я не найду перо».
Покончив с едой, Сорэйя нашла компромисс. Она наденет платье, ведь она совсем не против переодеться. Наденет она и туфли, так как нынешние совсем сносились. Однако украшения надевать она не станет: слишком уж выйдет нарядно. Поколебавшись, она вынула пробку из бутылька с розовой водой и нанесла ее содержимое на волосы и запястья. Она сделала это не для того, чтобы порадовать Азэда или кого бы то ни было еще. Так, закрыв глаза, она могла представить, что стоит в гулистане. Переодеваясь, она нервно поглядывала на дверь, не представляя, который сейчас час.
Стоило ей переодеться, как дверь в ее комнату бесчинно распахнулась: вошедший не удосужился даже постучаться. Сорэйя выпрямилась, готовая сделать Азэду замечание за плохие манеры, однако вошедшим оказался див с покрытой острыми иглами кожей.
– Шахмар отправил меня в качестве сопровождающего, – зычно объявил он.
Сорэйя последовала за ним в длинный туннель. Встречавшиеся им на пути дивы с интересом разглядывали ее. Всякий раз, когда это происходило, она подходила немного ближе к своему сопровождающему.
– Сюда, – сказал тот через какое-то время.
Они вышли из туннелей и оказались в огромной пещере, очень похожей на импровизированный тронный зал Азэда. Сорэйя готовилась к худшему, однако в этот раз ее глазам не предстало ничего похожего на площадку для тренировок дивов или Дузаха. Увиденное напомнило ей… дом.
В пещере стояло множество длинных столов на козлах, заставленных блюдами с едой. До Сорэйи донесся аромат ягненка, риса с маслом, мяты, шафрана и вина. Такие столы накрывали в Гольвааре. В центре пещеры горел костер, освещая ее внутренности. Вокруг него были разложены ковры. Азэд обещал ей устроить званый ужин, и он сдержал слово. Все здесь выглядело именно так, как она и ожидала. С тем лишь исключением, что гостями здесь были дивы.
Одни сидели на коврах и ели, другие ходили вокруг банкетных столов с кубками вина в руках. Сорэйя узнала эти кубки, блюда и столы: все они были принесены из дворца. Осознав это, Сорэйя пришла в бешенство. Увидев собственные вещи на столе, она поняла, что Азэд старается создать у нее впечатление нахождения дома, сделать ее пребывание в горе более комфортным. Навязать ей идею того, что она находится там, где ей и подобает быть. Но это была лишь одна часть его плана. Ведь он принес ей наряд, в который у нее никогда не было повода одеться. Он направил ей приглашение, которого она бы никогда не получила. А теперь она была почетным гостем на банкете, на котором бы никогда не оказалась. Перед ней был никогда не существовавший вариант Гольваара. Вариант, в котором ей было дозволено существовать. Он пытался соблазнить ее обещанием той жизни, которой у нее никогда не было.