– Она приходит ко мне в комнату после того, как ты отбываешь в Гольваар. Если ты спрячешься, то сможешь поймать ее, когда она появится.
– И ты не будешь против?
Сорэйя кивнула, радуясь приобретенному за долгие годы умению подавлять эмоции.
– Меня не волнует, что с ней произойдет.
Азэд подошел к стоящему у стены железному ларю. Он что-то достал из него и вновь подошел к Сорэйе. Тогда она увидела, что на руке у него висел моток веревки. «Он схватил меня, связал крылья, чтобы я не могла перевоплотиться», – вспомнила она слова Парвуанэ. Азэд направился к двери и жестом приказал следовать за ним.
– Сейчас? – спросила Сорэйя слегка дрогнувшим голосом.
– А что такого? – ответил он, холодно посмотрев на нее. – До ее прихода осталось недолго. Если ты сказала правду, то ждать нет смысла.
Сорэйя последовала за ним в туннели, быстро переставляя ноги, чтобы поспевать за его решительной походкой.
– Что ты хочешь с ней сделать?
– Ты сказала, что тебе все равно, что с ней произойдет, – ответил Азэд, и Сорэйя смолкла.
«Он ее не убьет», – напомнила она себе. Парвуанэ сказала ей, что он не убивает пэри́к, а ловит их. Скорее всего, он будет держать ее без сознания, как других пэри́к до того. Но что, если она неправа? Вдруг он решит не рисковать и убьет ее, лишь бы Парвуанэ не сбежала? Что, если оставит в живых, но вновь порвет крылья или придумает другой способ навредить ей? Сорэйю начало тошнить. Возможно, если она использует свечу, чтобы подать знак Парвуанэ, то та поймет, что ей нельзя появляться. Тогда Сорэйя скажет ему, что они с Парвуанэ поссорились и она покинула ее.
Сорэйя отрепетировала этот разговор в голове, так что на подходе к комнате она уже взяла себя в руки.
Перед собранным Азэдом званым ужином Сорэйя оставила канделябр на дальнем конце стола, давая Парвуанэ понять, что ситуация небезопасна. Он стоял там же, где она его оставила. Если Сорэйя не станет переставлять его, то сможет сделать вид, что Парвуанэ уже должна была прийти. Она указала на темную часть комнаты за столом, где Азэд мог бы спрятаться. Он кивнул и сжал веревку в руках.
– Она может и не прийти, – быстро обронила Сорэйя. – В нашу последнюю встречу мы поссорились. Я сказала ей, что с меня хватит.
Азэд мягко рассмеялся и взял голову Сорэйи в руки, задев ее щеку веревкой.
– Надеюсь, что она все же появится. Потому что в противном случае я буду склонен решить, что ты солгала мне. Тогда я приму меры для того, чтобы ты больше не смогла предать меня. Как ты там сказала? Что я контролирую тебя до тех пор, пока у меня твоя семья? Заключим же сделку. Если сегодня ночью я схвачу Парвуанэ, то я сохраню жизнь членам твоей семьи. За исключением твоего брата, разумеется. Но если она сегодня так и не появится или сбежит от меня, то я начну убивать их одного за другим всякий раз, как ты вздумаешь не повиноваться. И начну я с симпатичненькой невесты твоего брата.
Он отпустил ее и спрятался в плохо освещенной нише. Его нахождение в комнате выдавали лишь горящие желтым глаза. Сорэйя постаралась успокоить дыхание, отсчитав три секунды. Затем она подошла к столу и поставила канделябр перед собой.
Прошло несколько секунд, с каждой из которых Сорэйе становилось все тяжелее на душе. Зрение поплыло, а во рту стоял горький привкус желчи. В голове у нее вновь и вновь раздавался голос Парвуанэ: «Ты остаешься со мной?» Она пожалела, что не ответила «да». Что не сказала этого от всего сердца, во всех смыслах этого слова. Сорэйя сожалела, что у нее не осталось еще хотя бы одного теплого воспоминания о проведенном ими вместе времени. Что вскоре она увидит боль предательства в глазах Парвуанэ, очаровавших ее в первую же их встречу.
Краем глаза Сорэйя заметила трепет крыльев, а затем Парвуанэ появилась рядом со столом, стоя спиной и крыльями к Азэду.
Сорэйя хотела что-нибудь сказать и предупредить ее, хотя бы извиниться, но любое проявление преданности Парвуанэ вызвало бы у Азэда подозрения.
– В чем дело, Сорэйя? – спросила Парвуанэ, слегка покачав головой. – Ты все еще злишься на меня?
Сорэйя увидела, как из темноты появился Азэд и принялся подкрадываться к Парвуанэ, держа в руках туго натянутую веревку.
– Разумеется! – ответила Сорэйя предательски безжизненным голосом, несмотря на попытку звучать убедительно. – Ты солгала мне.
Будто специально дожидаясь, пока Сорэйя произнесет эти слова, Азэд набросился на Парвуанэ, намереваясь связать ее крылья. Двигался он невероятно проворно, зная, что делает. Парвуанэ сопротивлялась, как могла, но он набросил на нее веревку и потянул на себя. Веревка стянула крылья, и Азэд схватил Парвуанэ за горло одной рукой, не давая ей пошевелить головой.