— Ты на что намекаешь, — рассвирепел Хомяк, — Ты на кого бочку катишь, кирза не умытая? Да я тебе сейчас…
— Тихо братаны, тихо, — встрял в конфликт Гришин, — Я, пожалуй, перейду к вам. Нутром чую, что мочить меня задумал шеф мой, псковский олигарх. Знаю много. Так что сваливать пора, отсидеться где-нибудь.
— Нет, вы представляете, товарищ старший лейтенант, просыпаюсь я вчера и говорю Сапогу: «Приснилось мне, будто я засовываю палец в рот — а там не одного зуба! Не к добру это. Не надо нам эту Ольгу искать. Убежала, и убежала». Как чувствовал. У меня нюх, товарищ старший лейтенант, им и живу, — продолжал кипеть Хомяк, — а он мне: «Это ты не туда палец засунул. Это ты не туда палец засунул». А если бы меня послушал, то ничего бы и не было.
— Кончай, Хомяк, пошутил я, — постарался разрядить ситуацию Сапог, — А вы, товарищ старший лейтенант, и не сомневайтесь. Мы тут при публичных домах работаем. Спокойно, особо не дергают. Девки все больше из Пскова, есть с кем за жизнь поговорить. Опять же Тель-Авив, море рядом. А в кадрах мы сейчас острый дефицит испытываем, из Пскова что-то никто давно не приезжает. Да я вам по секрету скажу, товарищ старший лейтенант, старого следователя, говорят, грохнули. Может псковский олигарх не стерпел, а может еще кто. А без него весь бизнес встал. Наше начальство и заметалось. Замену следователю ищут, в Псков кого-то послать хотят. Да у них подходящей кандидатуры нет. А вы человек авторитетный, в самой Америке киллеровствовали. Может им чего и подскажите. Соглашайтесь, Александр Федорович. Не пожалейте.
— Ох, братаны, честно признаюсь, — сказал растроганный Гришин, — я как вас увидел, у меня прямо сердце зашлось. Ведь вместе на одном блок-посте стояли. А киллерствовать на псковского олигарха сил нет. Совсем озверел, собака. Уже на командировочных экономит. Прямо извелся весь. Стыдно сказать, недавно долго гонял одну телку по огороду, а когда завалил на грядку, то всего лишь поцеловал в ухо и ушёл. Водку пить не мытыми руками.
— Надо больше порнографических фильмов, товарищ старший лейтенант, — заботливо сказал Хомяк, — тогда эту напасть как рукой снимет. Помню у нас в Пскове, из-за этой беды, водили к народной целительнице одного подполковника. Врачи говорили, что совсем безнадежен, хоть из рядов вооруженных сил увольняйся. А народная целительница в него как вторую жизнь вдохнула. Даже уборщица из аптеки, уж до чего специалистка, а и та удивлялась. «Не подполковник, — говорит, — зверь. При встрече был скромен и учтив, подарил цветы, цитировал по памяти Мандельштама, а потом заявил, что анальный секс помогает от запора, и изнасиловал в извращённой форме. Просто садист какой-то, как император Календула». Так прямо и сказала, товарищ старший лейтенант. Она у себя в аптеке много таких слов нахваталась.
— Ну, братаны, вы меня уломали, — Гришин явно не мог сдержать своих чувств, — Seulement chez vous je peux s» est adresse aprs l» aide et le soutien amical (Только к вам я могу обратилась за помощью и дружеской поддержкой). Извините, мужики, от волнения перешел на французский. Выпить нет с собой?
— Да товарищ старший лейтенант, да о чем разговор, — загомонил было Хомяк, но, не найдя нужных слов, замолчал.
— Ваше, товарищ старший лейтенант, присоединение к нам является событием огромной творческой и общественной значимости, — несколько витиевато выразил свою мысль Сапог.
После этого однополчане, не прекращая делиться воспоминаниями и строить планы на будущее, направились в сторону выхода из военизированного поселения на Берегу реки Иордан.
— Да я вас, товарищ старший лейтенант, с такой девкой познакомлю, огонь. Между прочим, наша, псковская, из Великих Лук, — раздавался вдалеке бодрый голос Хомяка, — Мне никогда не забыть ее дивный стан, ее мощные бёдра, ее волосы, свисающие до колен…
Глава 6
Пянству бой!
Большое спасибо за заботу о моей законной супруге, товарищ майор, — горячо благодарил разбитыми губами Костик, — прямо не знаю, что бы я без вас делал.
— Пустяки, — смущенно отнекивался Пятоев, наливая себе рюмку — на моем месте так бы поступил каждый.
— Скажите, Игорь Александрович, а вы в российское посольство обращались? Может быть, там о Наташе что-нибудь знают, — вступила в беседу Ольга. При этом она поправила подол платья и посмотрела на присутствующих большими синими глазами. На лбу Будницкого, который не отрывал от нее взгляда ни на минуту, выступили маленькие капельки пота. Поймав любящий взгляд супруга, Ольга, хотя и была одета, невольно прикрыла грудь руками.