— Этого никто не сможет сделать, — подумал он, — это невозможно.
Но когда ему сказали, что отец этой девчонки уже где-то рядом и ищет с ним встречи, то шейх Мансур решил, что девушка говорила правду. В том числе и относительно того, что любого, кто станет на его пути, ее папа убьет и не поморщиться. А потому лучше иметь его своим союзником, а не противником. А еще лучше использовать его в борьбе со своими врагами.
Глава 9
Шейх Мансур и анекдоты о Рабиновиче
— Барашек диво как хорош, — очень искренне сказал Пятоев, — но не соблаговолит ли уважаемый шейх перейти к делу?
— Легко, — согласился шейх, — но сначала мы позовем милых дам. Хватит им, пожалуй, резвиться в бассейне.
Две же девушки, первыми переправленные в Израиль по дороге жизни племени Алузаель, после интенсивного курса арабского языка в течение двух дней, сейчас сидели напротив Пятоева, Рабиновича и Шпрехшталмейстера. Они были явно напряжены. Им обещали широкий фронт работ по избранной профессии, а вместо этого заперли в огромном доме и целыми днями заставляли учить арабский язык. Выйдя из бассейна, они уселись перед нами, заложив ногу за ногу, и старшая из них, после некоторого раздумья, сказала Рабиновичу «салям».
— Воистину салям, — отозвался вместо Рабиновича Пятоев. Ему предстояло беседовать с ними, и он хотел их успокоить и войти в психологический контакт.
— Ваш арабский начальник, — продолжила одна из девушек, указывая на Рабиновича пальцем, — прибыл, чтобы прицениться и купить нас?
Я не люблю, когда меня принимают за араба, но в этот раз я воздержусь от комментариев, — бросил ей в лицо Рабинович.
— Мой начальник купил вас еще в Пскове, не торгуясь, по совокупности заслуг, — сообщил девушкам Пятоев.
— Каких ещё заслуг? — грубовато поинтересовалась младшая из барышень.
— Они собираетесь вернуть нас в Псков преподавать арабский язык, — вдруг догадалась старшая девушка.
— Не волнуйтесь, — вновь взял в свои руки бразды правления Пятоев, — как вам и было обещано, вы будете заниматься проституцией. Кстати, в публичном доме с богатой и славной историей, который называется «Экстаз».
— Спасибо, утешил, — прокомментировала это сообщение младшая, — а то я уже начала волноваться за свою неустроенную личную жизнь.
— А разве люди псковского олигарха вам ничего не объяснили? — спросил девушек Шпрехшталмейстер.
— Не знаю никакого олигарха, — сказала молоденькая грубиянка, — нас снарядил сюда старый следователь, дай ему Бог здоровья.
— Кстати, — продолжил Пятоев, — как его здоровье? Я слышал, что его убили месяц назад. Это правда?
— Типун тебе на язык, — с большим чувством ответила девушка, — Если бы не он, сидела бы я сейчас в родной псковской тюрьме. А может быть, и ехала бы уже в край северных сияний.
— И какое преступление ты совершила до знакомства с уборщицей из аптеки? — поинтересовался Пятоев.
— Меня поймали на том, что я наводила братанов на квартиры своих клиентов, — призналась девушка, — а откуда вы знаете об уборщице из аптеки? Я же об этом никому не рассказывала!
Девушка была явно взволнована и с испугом переводила взгляд с шейха Мансура на Пятоева.
— Как я и думал, — вмешался в беседу шейх Мансур, — вы представляете некого псковского олигарха, который иной раз очень мешает нашему плодотворному сотрудничеству со старым следователем. В последнее время его активность была настолько велика, что деловому партнеру-старому следователю пришлось приостановить свою деятельность. К счастью все наладилось, и мы имеем удовольствие беседовать с новой девушкой, которая так не предусмотрительно наводила банду грабителей на квартиры поклонников ее красоты.
— Вы заблуждаетесь, — вступил в беседу Шпрехшталмейстер, — в наших интересах как раз сделать так, чтобы здоровье псковского олигарха сильно пошатнулась.
— Для этого нам даже пришлось помочь пожилому следователю инсценировать на себя покушение, — добавил Пятоев.
— А вот про это я слышала, — вновь вступила в беседу юная грубиянка, — старый следователь никому ничего не сказал и по тихому в отпуск укатил. С уборщицей из аптеки, говорят. Можно подумать, что не мог помоложе никого найти. Хотя и она хоть и в возрасте, но выглядит ничего. А через несколько дней из Великой обезображенный труп подняли. На нем была одежда следователя и его документ какой-то. Ну, все и решили, что это старого следователя замочили. Менты в тот месяц лютовали страшно. Говорили даже, что его один старлей из дивизии ВДВ следователя кончил, а сам за границу сбежал. Из-за сестры своей жены. Подробностей не знаю, врать не буду. А потом старый следователь вдруг с Кипра приезжает. Загорелый такой. Оказывается, его в поезде обокрали. Украли, в том числе, и шмотки, и какой-то членский билет. Общество попечителей псковского цирка или что-то в этом роде. Он и заявлять не стал, времени не было. А вор видимо пиджак его одел, да подрался с кем-то. Прибили его, а потом и в Великой утопили. А в кармане пиджака удостоверение почитателей танцовщиц циркового кордебалета и лежало. Они у нас в городе вроде как самые лучшие боевые подруги для схваток в постели считаются. Ни знаю, что в них наши богатенькие буратины находят. Просто обидно, честное слово. Ну вот, как следователь приехал — все прямо так и ахнули. А ему все хиханьки.