– Я разрываю контракт с вами и Джимми, – перебил ее Кертис.
Лоррелл повернулась так резко, словно в нее вселился дьявол.
– Я знаю, почему ты это делаешь, Кертис! Ты бросаешь нас, потому что тебе не нравится, что я с Джимми. Вам всем не нравится, потому что вы завидуете! – воскликнула она сквозь слезы. – Но нас с ним ничто не разлучит! Ничто, слышите?
Кертиса несколько ошарашила ее истерика. Разумеется, он знал, что Лоррелл и Джимми переспали (Джимми разве что табличку на заднем стекле автобуса не повесил, чтобы все вокруг знали, что он лишил Лоррелл девственности), но не ожидал, что Лоррелл не захочет выйти из тени Джимми. Вот уж не думал Кертис, что такой проблемой станет заткнуть Лоррелл. С другой стороны, Эффи…
– Я разрываю контракт, потому что Джимми тормозит нас, а вы, девочки, остаетесь, и мы создаем нашу собственную группу, – тихо сказал Кертис.
Все три девушки застыли в изумлении.
– Ты сказал «нашу собственную группу»? – переспросила Дина; ее глаза стали большими как блюдца.
– Наконец-то! – завопила Эффи. – Я этого и ждала от тебя. Кертис, я тебя люблю! – Она обвила Кертиса руками за шею.
Слезы Лоррелл высохли так же быстро, как и появились в глазах.
– Милый, я так рада, – проворковала она как ни в чем не бывало. – Я, конечно, люблю Джимми, но не собираюсь работать у него на подпевках до конца жизни!
Кертис встал и прошел в центр гримерки.
– Дамы и господа, позвольте представить вам трио «Мечты»! – Девушки захихикали и захлопали в ладоши, а Кертис раскинул руки и улыбнулся. – «Дримфетки» – это маленькие девочки, а вы теперь женщины.
– Видишь, Дина, я тебе говорила, – засмеялась Лоррелл, но Дина шутки не поняла.
– Первое выступление у нас здесь же через неделю, так что предстоит много работы и многое изменить, – продолжил Кертис. – Я приглашу Джолли Дженкинса, он поставит совершенно новое шоу. Он участвовал в съемках фильмов, ставил мюзиклы на Бродвее и концерты в модных клубах, вы назовете.
– Но ведь наши танцы придумывает СиСи, – нахмурилась Эффи. – Всегда наши выступления ставил он.
– Ничего, Эффи. – СиСи впервые после того, как Кертис выложил им новости, подал голос. Кертис уже посвятил его в свой план нанять нового хореографа, аппетитно расписав все плюсы того, что танцы будет ставить специально нанятый человек, а СиСи «сможет сосредоточиться на музыке». СиСи начал было возражать, ведь раньше он всегда успешно совмещал и то и другое, но Кертис быстро поставил его на место, твердо сказав: «Слушай, парень, ты хороший композитор, но у тебя есть потенциал стать не просто хорошим, а великим, однако этому не суждено случиться, если ты будешь стоять на сцене и пытаться втолковать девочкам, как им вертеть попками. Позволь мне уладить все дела, а ты вплотную займись музыкой». СиСи это не особо понравилось, но когда он остыл и еще раз взвесил слова Кертиса, то понял их суть и согласился. – Джолли – самый лучший спец в этом деле, – просто сказал СиСи.
Кертис подошел и встал перед Диной, которая так и стояла, застыв с улыбкой на темнокожем открытом личике.
– У нас будут новые парики, самые-самые дорогие. Новые костюмы, которые понравятся более молодой публике, – сказал Кертис, и Дина хихикнула. Перед тем как преподнести последнюю, самую убийственную новость, Кертис заглянул Дине в глаза: – А Дина у нас будет солировать.
– Что она будет делать? – Эффи резко повернулась, чтобы посмотреть Кертису в лицо.
– Солировать.
– Что ты имеешь в виду? Я всегда солирую. – Эффи переминалась с ноги на ногу, уперев руки в боки. – Скажи ему, СиСи.
– Мы пробуем что-то новенькое, Эффи, – тихо сказал СиСи, и она по голосу поняла, что брат ее предал.
– Так ты все знал? – тихо спросила Эффи растерянно и обиженно.
– Мы с Кертисом только что переговорили, – сказал СиСи. – Он сказал, что это временно.
Эффи мерила шагами комнату, слова вылетали из ее рта как из пулемета, стараясь поспеть за мыслями:
– Нам наконец выпал шанс организовать нашу собственную группу, и Дина будет солировать? Но она же не умеет петь так, как я.
– Она права. Я не умею так петь, – пролепетала Дина; ее лицо вытянулось. Она восхищалась талантом Эффи петь во все горло и с самого начала понимала, что ее голос сильно проигрывает и уж точно не сможет завести слушателей так, чтобы они повскакивали с мест. Больше всего на свете Дине хотелось стать звездой, но она не была уверена, что смогла бы так держать себя на сцене, как Эффи, или доводить слушателей до экстаза, как остальные соул-исполнители. – И не хочу быть солисткой.
– Ты будешь делать то, что я хочу! – взорвался Кертис. – А я хочу новое звучание и новый образ…