– Крупнее не придумаешь. – Эффи захлопала в ладоши. – Не знаю, что он такого сделал Дине, но она ему здорово насолила.
Марти положил руку Эффи на плечо, призывая успокоиться.
– Но есть еще кое-что, – сказал он. – В бумагах упоминается имя СиСи, он принимал в этом участие. Есть ли какой-то способ защитить его?
Беннетт полистал документы и поерзал на стуле:
– Послушайте, мистер Уайт, я не могу вас обманывать. Если дело дойдет до суда, то вы попадете на скамью подсудимых. Ваше имя несколько раз упомянуто в самых компрометирующих документах.
СиСи понуро опустил голову. Днем раньше они с Марти обсуждали, что будет, если выдвинуть против Кертиса обвинения в том, что он нечестными методами сделал «Рэйнбоу Рекордс» одним из самых влиятельных лейблов в мире. Сомнений не оставалось: если сядет Кертис, то следом за ним в тюрьму отправится и СиСи. Сначала СиСи не особенно расстроился, настолько ему хотелось засадить Кертиса. Но Эффи умоляла брата оставить все как есть, чтобы не оказаться вовлеченным в преступные схемы Кертиса.
– Я не позволю моему братику сесть в тюрьму из-за этого подонка! – практически орала Эффи, как только Марти и СиСи выяснили, что СиСи тоже может отправиться за решетку. – Он уже достаточно нам навредил, я не позволю ему отнять тебя!
– Ты что, не понимаешь, Эффи? Именно поэтому я и должен его наказать, – тихо ответил СиСи, подойдя к Эффи и положив ей руки на плечи. – Я твой брат, я должен был защищать тебя, но вместо этого позволил Кертису загипнотизировать меня и заставить поверить во все это – в то, что ради первых строчек чартов нужно подкупать диджеев, вышвырнуть тебя из группы. Но больше я не дам Кертису Тейлору собой манипулировать, Эффи, с меня хватит. И если можно заставить его платить, только расплачиваясь самому, я готов, и так оно и будет.
– Да ладно тебе, парень, – встрял в разговор Марти. – Не думаю, что Кертис просто соберет вещички и отправится в тюрьму. У меня такое чувство, что он как миленький пойдет на наши условия, чтобы прикрыть свой зад. Не волнуйтесь и позвольте мне все уладить, – сказал Марти, обнимая Эффи и СиСи.
– Мистер Беннетт, – откашлявшись, обратился Марти к адвокату. – У меня есть предложение. Если вы возьметесь за это дело и поможете нам убедить мистера Тейлора, что ему лучше согласиться на условия мистера и мисс Уайт, то мы вас щедро отблагодарим.
– Продолжайте, – сказал Беннетт.
– Дело в том, что мистер Уайт – всемирно известный композитор, который до недавнего времени работал с самыми успешными группами в мире.
– Да, я знаю, – улыбнулся Беннетт. – Я большой поклонник Дины Джонс и трио «Мечты», братьев Кэмпбелл и Джимми Эрли. То, что с ним случилось, просто ужасно.
На Марти тут же нахлынули воспоминания о похоронах Джимми, и у него задрожала нижняя губа, но он быстро взял себя в руки:
– Мы хотим открыть новую звукозаписывающую компанию под руководством мистера Уайта, но необходимо убедить «Рэйнбоу Рекордс» расторгнуть с ним контракт. И если вы сможете помочь нам, то мы хотели бы нанять вас своим представителем. Полагаю, ваше начальство вспомнит об этой сделке, когда придет время выбирать нового партнера, а?
Беннетт задумался над словами Марти. Он уже пять лет работал на адвокатское бюро «Уайтстоун, Бергер и Инглиш» и имел внушительный послужной список, но ни один из его клиентов и рядом не стоял с такой звездой, как СиСи. Беннетт понимал, что вариант беспроигрышный. Если он поможет возбудить дело против Кертиса, то прославится как блестящий адвокат, выбивший почву из-под ног у самого известного и уважаемого лейбла в истории шоу-бизнеса. Если он поможет Марти воплотить его план в жизнь и СиСи откроет свою звукозаписывающую компанию, то «Уайтстоун, Бергер и Инглиш» превратятся в «Уайтстоун, Бергер, Инглиш и Беннетт».
– По рукам. Мы едем в Лос-Анджелес… э-э-э… в следующий вторник, идет?
– Отлично, – сказал Марти. – Просто отлично.
Свет в студии приглушили, но Дина все равно закрыла глаза. Ей нужно было мысленно видеть слова, чувствовать их в душе. Она выплескивала в каждом слове такую энергию, какой Кертис у нее никогда и не слышал.
Я шла за голосом, что дал мне ты, Но теперь должна найти свой…
Голос Дины парил над музыкой, гремел, когда она пела «Я буду жить дальше!», совсем как когда она разучивала текст в студии. Она читала слова, сосредоточившись на буквах, впитывая подлинный смысл того, о чем собиралась петь. Такое впечатление, будто автор знал, что она натворила – предала мужчину, которого всю жизнь любила, мужчину, который создал ее из ничего. Но сейчас ей нужно выстоять, выйти из-за спины Кертиса и пойти дальше на своих двоих. Наконец Дина ощутила то, что давным-давно почувствовали Эффи и Лоррелл, – она стала взрослой женщиной. И вся полнота этого чувства звенела в каждой ноте, срывавшейся с ее алых губ, и наполняла сердце эмоциями, которые Дина с трудом сдерживала, – печалью, восторгом, страхом.