Кертис был очарован и тронут ее пением. Он сразу же решил, что такое исполнение стоит приберечь для лучших времен, и нужно попросить Дину спеть ту же песню, принесенную ему вчера братьями Пулли, но в духе поп-музыки. Кертис покрутил ручки на панели и сел послушать Дину, но тут в аппаратную зашел Уэйн, наклонился и прошептал на ухо Кертису:
– Там пришли СиСи и Марти с каким-то белым парнем, просят о встрече.
– Вели им убираться, – сказал Кертис, приглушая голос Дины.
– Не уверен, что это хорошая идея.
– Что ты имеешь в виду, приятель? Я вообще-то работаю. Скажи, чтобы договорились о встрече с секретаршей.
– На самом деле, Кертис, думаю, тебе придется пойти и встретиться с ними. У них какие-то бумаги с именем Ники Кассаро.
Кертис со злостью встал и вышел из аппаратной, ни слова не сказав Дине, которая прекратила петь, увидев, что муж куда-то уходит.
СиСи, Марти и Беннетт сидели в конференц-зале и о чем-то тихонько переговаривались, когда туда влетел Кертис:
– Марти, сколько лет, сколько зим!
– Да, Кертис, а ты все такой же второсортный мошенник! – Марти не смог справиться с гневом, несмотря на просьбу Беннетта сохранять спокойствие и позволить ему вести переговоры.
Кертис сел, положил ноги на соседний стул и усмехнулся:
– Джентльмены, дайте мне отдышаться.
– А ты, Кертис, дал Эффи отдышаться? Я готов тебя убить за то, что ты с ней сделал! – рявкнул СиСи.
– Полагаю, вы притащились сюда по какому-то делу, а не просто оскорблять меня?
Беннетт выпрямился и взял слово:
– Мистер Тейлор, мы собираемся обратиться к властям.
– А это что еще за хрен с горы?
– Я Дэвид Беннетт.
– Наш адвокат, – пояснил СиСи.
– Да, мы хотим рассказать федералам о том, как ты потопил песню Эффи. С помощью взяток.
Кертис слушал с терпеливой улыбкой.
– Запомни, Кертис, я все видел своими глазами. Всю нечестную игру от и до, когда ты двигал на радио песню «Я стану плохим».
– Не городи чепухи, малыш, – спокойно сказал Кертис; его глаза превратились в узкие щелки. – Да кто тебя послушает? Еще один неудачник, который рассердился из-за того, что его уволили.
Беннетт открыл кейс и начал выкладывать на стол копии документов, присланных Диной.
– У нас есть доказательства, мистер Тейлор, – самоуверенно заявил он. – Фальшивые накладные, чтобы скрыть от инвесторов часть прибыли. Списание нормального товара под видом брака для сокрытия мошенничества.
Кертис и Уэйн переглянулись, пока Беннетт продолжил доставать документы.
– Отмывание денег. И взятки, которые вы начали раздавать одиннадцать лет назад.
Кертис взял бумаги, взглянул на них и тут же опознал документы из личного архива.
– Кто вам их дал?
– Тебе дорога в тюрьму, – сказал СиСи.
– Ну, я не один там окажусь, – заметил Кертис; его злость начала выплескиваться наружу.
– Ты не понимаешь, Кертис, – рассвирепел СиСи. – Я не возражаю, если это будет означать, что ты сядешь надолго.
Кертис листал документы, приходя все в большее и большее возбуждение:
– Как вы. это личные бумаги. К ним имели доступ только я и моя.
Выражение ужаса застыло на лице Кертиса, когда кусочки головоломки сложились воедино и он понял, откуда у Марти и СиСи появился компромат. Дина предала его. Но когда? И как она узнала, что нужно искать?
Пока Кертис выслушивал и обдумывал план, изложенный ему Марти и СиСи, Эффи была в студии с Диной. Она расхохоталась:
– Тебе не хотелось бы увидеть, как вытянется сейчас его морда?
Дина улыбнулась, но радости особой не испытывала. Ей непросто далось решение отправить бумаги Эффи, а уж как непросто было бродить по дому и притворяться, что все нормально, хотя ей становилось тошно, даже когда муж просто касался ее во сне. Дина волновалась, ей хотелось знать, как Эффи распорядится полученной информацией и что Кертис сделает, когда выяснит, как бумаги попали к Эффи. Как повернется ее жизнь и ее карьера.
И вот она стояла перед Эффи и про себя молилась, чтобы ее поступок искупил ту грязь, которую она непреднамеренно помогла Кертису вылить на эту женщину, любившую Дину еще в те далекие времена, когда она была тощей большеглазой тихоней-отличницей, только и умевшей, что подпевать подругам.
Дина взяла Эффи за руку:
– Я столько раз хотела встретиться с тобой. И все время думала – как она там? Как ты, Эффи? Все в порядке?