Но больше всего ужасало Кристину то, что ученики ровным счетом ничего не знали. По учебной программе полагалась самостоятельная работа — внеклассное чтение, а из ее учеников только двое знали по-немецки несколько слов.
Однажды на перемене директор Салимов бодро спросил:
— Как дела?
Кристина была рада возможности поговорить с директором о низкой успеваемости.
— Дети не знают самого простого, самых обычных слов, — пожаловалась она.
Директор Салимов насупил черные брови и сказал резко:
— Ваше дело их научить!
На этом обмен мнений закончился, директор не любил возражений и самооправданий.
— Может быть, дети меня не понимают? — пожаловалась Кристина в учительской. Ей посоветовали учить татарский язык и завести словарик для простейших выражений. Кристина кивнула: это она обязательно сделает. На уроке в седьмом классе из-за парты вышел высокий парень с наглым лицом, Кристина еще не знала всех учеников в лицо, и она спросила:
— Как вас зовут?
— Карим Колхозный.
— Фамилия?
— Я же сказал, Карим Колхозный.
Разве это не тот самый пастух, которого она видела летом на горе около дома Пярьи? В тот вечер у Лиили умер ребенок. Как хорошо начался этот день: жужжали пчелы, и Пярья такая радостная выбежала из ворот навстречу. Колхозный Карим гнал тогда овец в деревню… Всю округу было видно — синие, как море, дали и золотое поле ржи.
— Что вы хотите, Карим?
Парень объяснил. Дети хихикали.
— Я вас не понимаю, — терпеливо сказала Кристина.
Парень пожал плечами:
— Но я не знаю, как это сказать на вашем языке.
— Ничего, повторите!
Карим сделал это очень старательно. Класс веселился.
После уроков Кристина выяснила в учительской значение слов, это была похабщина. Дома Кристина плакала, как ребенок. «Что плохого я им сделала?» Но тут Кристине вспомнилось, как они еще в предпоследнем классе гимназии изводили своего нового учителя истории. Перед носом близорукого учителя порхала засушенная бабочка. А когда тот протягивал руку, чтоб схватить бабочку, она взлетала под потолок и через мгновение снова качалась у него под носом. А выросший из пиджака молодой человек, только что окончивший университет, беспомощно стоял перед ними и, судорожно улыбаясь, продолжал урок.
«Дети грубые», — подумала Кристина.
— Уходи с работы, — посоветовала несчастная Тильде. — Проживем и без твоей зарплаты.
— Что ты говоришь! — рассердилась Кристина, вытирая глаза. — Думаешь, это так просто? Кто меня отпустит среди учебного года?
— Что ж теперь делать? — испугалась Тильде. — Поговори с директором…
— С ним невозможно говорить!
— Но он так хорошо к тебе относился.
— Сначала все хорошие! — зло крикнула Кристина.
Однажды, встретив Вареньку у колодца, Тильде намекнула на суровость директора. Варенька поставила ведро на землю и мягко сказала:
— Нет человека честнее и душевнее, чем Искандер. Просто его надо узнать. У него доброе и нежное сердце. Но он считает это своей большой слабостью. Поверьте мне, его внешняя суровость ничего не значит. Он думает, что так легче держать детей в руках. Ведь следить за ними некому: отцы на фронте, матери на работе. Вот увидите, все будет хорошо! Я это говорила и Искандеру. Он не спит по ночам, много курит и слишком переживает из-за школы.
Это немного успокоило Тильде.
На следующее утро Кристина вошла в класс, словно ничего не случилось. Тильде проводила дочь до двери. Но в классе Кристина увидела меньше половины учеников.
— Почему сегодня так много отсутствующих? — удивилась она и открыла журнал.
— Они не отсутствуют, апа, — отвечали с парт.
— Где же они?
— Не знаем, апа.
Кристина стала отмечать отсутствующих, и вдруг дверь распахнулась, вошел Карим и без извинений, спокойно полез за парту. Между учениками сразу же начались разговоры, возня. Карим распахнул ватник и высыпал из-за пазухи на стол кучу пирожков. Он делил их, получал деньги и давал сдачу, словно учительницы не было в классе. Подавив свой гнев, Кристина начала урок, но в это время в класс группами и поодиночке стали входить дети.
Девочка с первой парты зашла Кристине за спину и стала изучать классный журнал, а потом закричала на весь класс: