Темнота окутывает городок: свет не горит с того дня, как пришли фашисты.
Девушка идет быстро. Но в переулке, торопливо оглядевшись, перелезает через изгородь и останавливается возле низенького домика. Трижды стучит в окно. Ей отворяет невысокая пожилая женщина и тихо говорит кому-то:
— Выходите!..
Двое мужчин выскакивают из чердачного люка. Женщина, накинув шубейку, выходит за дверь сторожить.
— Задержалась… — говорит девушка и вытаскивает из авоськи плотный пакет. — Тут ровно семнадцать!.. На всех.
Один из мужчин развернул пакет, придвинул поближе чадящий фитилек и прочитал вслух:
— Козлов Василий… Отлично! Это, стало быть, мне. А это тебе. — И он протянул заполненный бланк своему другу.
— Вот мы теперь и с паспортами. А ты продолжай свое дело. Ищи партизан, передай: военнопленные незаметно исчезают из лагеря, скоро будут у вас в лесу.
— Слышала я, — сказала Мария, — учитель один живет на Палмских хуторах. Место тихое: пяток домиков в лесу… Говорят, учитель связан с партизанами. Я отпрошусь завтра, схожу.
Днем идти было просто, а к вечеру завыла метель. Снег слепил глаза, и Мария, проваливаясь в сугробы, еле добрела до маленького домика на опушке леса. Шел второй час ночи. Дверь открыл высокий худощавый человек. Он удивленно приподнял брови, когда девушка, теряя силы, опустилась на пол. Мужчина вгляделся в ее лицо и внезапно нахмурился.
«Узнал. Встречались в полиции», — поняла Мария и сказала:
— Не бойтесь меня. Я партизан ищу…
И девушка рассказала историю, похожую на сказку: она, две ее подруги и двое юношей — бывшие студенты — подобрали в дни боев у городка Новозыбкова семнадцать раненых советских воинов, вылечили их, спрятали. А оружие зарыли.
— Меня командир прислал с партизанами связаться. Наших надо в лес перебросить. Я еще смогу в лагерь пленным паспорта передать. Мне немцы верят.
Учитель думал: «Провокатор? Возможно… О ней говорили: в бургомистрат поступила, потом в полицию». Он спросил сухо:
— Почему немцы доверяют вам?
Мария усмехнулась горько:
— Рекомендация хорошая! С дочкой бургомистра училась. Подружки!..
В голосе девушки, во всем ее облике была неподдельная искренность, и даже этот опытный, осторожный человек почти поверил ей. Но он не мог, конечно, сразу сказать, что тут неподалеку те, кого она ищет. Он заметил уклончиво:
— Пока не слышно о партизанах. Через недельку загляни.
Конечно, это было рискованно с его стороны… Но если там в самом деле такие нужные люди и оружие.
Через неделю радостная Мария уже докладывала Козлову:
— Ждут! Поверили!
Стояли морозные дни декабря 1941 года. Гитлеровцы выгоняли из лагеря пленных на уборку снега, очистку дорог. Конвоиров не хватало, и никто не замечал, что по двое, по трое пленных в сутки исчезало. Мария успела уже оформить сто видов на жительство и передала их Козлову.
Первая группа в шестьдесят человек ушла в лес под покровом темноты. Потом перебежали еще сорок. Близился день ухода последних вместе с командиром партизанского отряда Василием Козловым. С этими тридцатью отважными людьми должна была уйти в лес и Мария. За два часа до назначенного времени она прибежала к Козлову сияющая: кончается страшная двойная жизнь.
Но Козлов сказал:
— Паспорта, явки нам в городе нужны. Надо остаться, будешь связной…
Партизанский командир молча смотрел на девятнадцатилетнюю девушку, которая, ежеминутно рискуя жизнью, обманывала немцев.
Мария сказала сквозь слезы:
— Возьмите. Себе берегла, — и протянула Козлову два офицерских браунинга.
В шесть часов вечера Мария, как всегда, вышла из полиции. Ей уже некуда было торопиться. На крыльце стояли немецкие офицеры. И вдруг взрывы потрясли город. Вскрикнув, девушка с притворным ужасом глядела в сторону моста, над которым поднялся столб дыма. Потом загорелась водокачка… Еще взрыв.
Фашистам никого не удалось поймать… Партизаны незаметно скрылись. Мария с нетерпением стала ждать того часа, когда ей можно будет прийти в заранее условленное место.
Козлов был не один. Рядом с ним стоял высокий плечистый человек с густой окладистой бородой — начальник разведгруппы пришедшего с Украины партизанского отряда Георгий Сергеевич Артозеев.
— У него дело к тебе, Маруся, — сказал Козлов. — Новому отряду тоже нужны немецкие паспорта.
И Мария обещала принести чистые бланки с подписью начальника паспортного стола.
— Встречаться с нами надо пореже, — предупредил Артозеев. — Заведем почтовые ящики, кличку тебе дадим. Твоего имени никто не должен знать, кроме нас с Козловым. Беречь тебя надо.