– А когда была облава, куда ты девалась?
– Тут. Спряталась в комнате малой.
– Под кроватью?
– Какой ты догадливый!
– А что с девочкой? Ты ей еще укол не сделала?
– О, так ты вернулся из-за нее? А я думала, что тебя привела сюда страсть ко мне. Как горько я ошиблась. Ты мне всегда нравился.
– Я спросил – что с девочкой?
– Я еще не успела заняться ей. У меня достаточно времени. А теперь, дорогой мой, поднимайся по лестнице.
– Куда?
– Увидишь. И не пытайся выкинуть какой-нибудь фокус. Если не хочешь, чтобы с тобой случилось то же, что с Ярком. Я стреляю вполне хорошо.
Я послушно двинулся наверх.
– Но с Ярком у тебя не все вышло гладко.
– Это ты тоже должен учесть. Это означает только одно – на пулях экономить не стоит… А скажи-ка мне, что Ярко искал в книжном шкафу?
– Книжку. Он держал ее в руках, когда я его нашел. Книжка подсказала мне, где находится кассета.
– Итак, я не ошиблась. Когда мы отъехали, я подумала и также пришла к такому же выводу. Зачем он полз к этим книгам? Чтобы вытащить книжку, которая может подсказать тебе, где находится кассета, так ведь? А каким образом книжка может служить подсказкой? Возможно, своим названием. Что-то вроде «Смерть выползает из подвала» или «Духи на чердаке». Но все места в доме, где можно было что-либо спрятать, я старательно обыскала. Однако если книга была кем-то подарена и подписана, то подсказка могла прятаться в подписи. А кто из знакомых Ярка мог дарить ему книги? Вокруг крутились одни кретины. И тут я вспомнила про его жену. Она производила впечатление. Была похожа как раз на такую, что читает книги.
Наверху я остановился.
– Не останавливайся, иди прямо в мою любимую комнату.
– В комнату пыток? Что ты задумала?
– Ничего страшного. Решила немного поразвлечься. Жизнь такая скучная и неинтересная. Ну-ну, входи. И не вздумай захлопнуть дверь, потому что пуля долетит быстрее, чем ты дернешься.
В комнате фрау включила свет. Я увидел перед собой кровать и все причиндалы для игр.
– Раздевайся, – приказала фрау.
– Ты что, сдурела? Чего ты хочешь?
– Раздевайся, – повторила она ледяным тоном.
Я стал медленно раздеваться под ее пристальным взглядом. Моя светлая голова была не в состоянии породить ни одного объяснения для ее затеи.
– Не тяни время. Все, все снимай.
Наконец я предстал перед ней во всей своей необыденной красе. Фрау с удовольствием оглядела меня.
– Теперь ложись в постель и пристегни ремешками ступни.
Я лег, застегнул ступни и подумал, что, должно быть, не стоит прямо во всем слушаться женщин. Но это было особенная женщина. Скольких она порешила, бог его знает.
– Теперь застегни запястья.
Я застегнул левую руку, а она сама застегнула мне правую. Таким образом я лежал в позе распятого.
Фрау Ольга положила пистолет на столик и сняла платье. Под платьем было то самое черное белье. Выглядела она настолько соблазнительно, что я сразу забыл о пистолете, который только что целился мне в живот. Фантастическая женщина!
Фрау села мне на ноги, и ее руки принялись гладить меня. Даже не верилось, что эти тоненькие подвижные пальчики умеют играть еще и с пистолетиком.
Теперь я убедился, что натура мужчины не имеет ничего общего с его разумом. Какой бы громадной ни была моя ненависть к этой женщине, а все-таки инстинкты брали верх. Мне горько сознаться в этом, и я понимаю, что каждая читательница лишь печально покачает головой: все они, мужики, одинаковы! Однако я не думаю, что все так уж одинаковы, ведь, возможно, какой-нибудь и не поддался бы ни на какие ласки, а плюнул бы этой шлюхе в физиономию.
Но я так не сделал. И когда она уселась сверху и принялась качаться взад и вперед, а ее груди высвободились из черного бюстгальтера и касались моего лица, я подумал, что раз уж я должен погибнуть, то почему бы не испытать последнего в моей жизни наслаждения?
– Ну, скажи, тебе приятно, когда я тебя насилую? – спросила она. – Скажи!
Я молчал. В делах насилия я был неопытен, но полагал, что насилуемый должен чувствовать себя оскорбленным. Таким образом, я прикинулся оскорбленным, чтобы не выглядеть совсем уж беспринципной личностью. Жаль только, что на тот момент это мне никак не помогло.
– Скажи! – шлепнула она меня по щеке. – Скажи! – шлепнула второй раз.
На губах я почувствовал кровь.
Но тут я увидел, как дверь за ее спиной потихоньку раскрывается. Я не знал, появится ли за ней мое спасение, или еще что-нибудь похуже, но я решил любой ценой отвлечь ее внимание.
– О-о, как мне приятно! – сказал я. – Насилуй меня! Ты – богиня!