Повсюду были расставлены разнообразные статуэтки и безделушки. На каминной полке тускло белел человеческий череп. На кофейном столике красовалась небольшая фигурка древнегреческого бога Пана — лохматого, с козлиным хвостом, рогами и копытами, сжимавшего винный бурдюк. А возле него лежала сосновая шишка.
Ощутив на себе чей-то взгляд, Мариана обернулась. Позади стоял Эдвард Фоска. Мариана не заметила, как тот подошел. Возможно, он все это время был там и наблюдал за ней из темноты?
— Добрый вечер, — произнес Фоска.
Его темные глаза и зубы сверкали в переливчатом блеске свечей, а волосы небрежно спадали на плечи. Он выглядел очень привлекательно в черном пиджаке и белоснежной рубашке с галстуком-бабочкой. Мариана это отметила и сама на себя рассердилась за такие мысли.
— Не знала, что мы идем в ресторан, — подала она голос.
— А мы и не идем.
— Но вы одеты…
— Ах, вот вы о чем! — Фоска оглядел собственный костюм и улыбнулся. — Возможность поужинать с такой красивой девушкой выпадает нечасто. Я решил принарядиться. Позвольте я налью вам шампанского.
Не дожидаясь ответа, он достал из серебристого ведра со льдом початую бутылку и, наполнив два бокала, вручил один Мариане.
— Спасибо.
Оценивающе посмотрев на нее, Эдвард Фоска предложил тост:
— За нас!
Мариана молча отпила пенящегося шампанского. Надеясь, что алкоголь поможет немного расслабиться, сделала еще один глоток.
На первом этаже раздался стук в дверь.
— А вот и Грег, — прокомментировал Фоска.
— Грег?
— Он из ресторана.
Послышались быстрые шаги, и в комнате возник проворный официант Грегори в жилете и галстуке. В одной руке он держал термосумку с подогревом, а в другой — сумку-холодильник.
— Добрый вечер, мисс, — поздоровался Грегори с Марианой и повернулся к профессору. — Я накрою на стол?
— Да, спасибо, — Фоска кивнул. — Проходите в столовую, подготовьте всё. А дальше я сам.
— Хорошо, сэр. — И официант исчез в соседней комнате.
Мариана изумленно взглянула на Фоску. Тот улыбнулся.
— К сожалению, повар из меня так себе. Я подумал, не стоит идти в ресторан, потому что там будет слишком людно. Лучше пусть ресторан сам придет сюда.
— Как вы уговорили официанта?
— С помощью щедрых чаевых. Насколько щедрых, не скажу, это секрет, хотя их сумма вам польстила бы.
— Вы очень любезны, профессор. Не стоило так утруждаться.
— Я ничуть не утруждался; напротив, это доставило мне удовольствие. И пожалуйста, Мариана, зовите меня просто Эдвард.
Он снова улыбнулся. От затянувшейся паузы Мариане стало несколько неуютно, и она отвернулась. Ее взгляд упал на лежащую на кофейном столике сосновую шишку.
— Что это?
Фоска повернулся в ту же сторону.
— Шишка?.. Да так, ерунда; держу ее на память о доме. А что?
— Если не ошибаюсь, вы показывали изображение такой же шишки на слайде во время лекции об элевсинских мистериях.
Фоска кивнул.
— Да, так и есть. Всем приобщившимся к культу при входе в храм вручали по сосновой шишке.
— Ясно. А зачем она им?
— Ну дело было не в шишке как таковой, а в том, что она символизировала.
— А что она символизировала?
Фоска с улыбкой посмотрел на Мариану.
— В шишке есть семена. Так же и в людях. Семена — это души, заключенные в тела. Шишки должны были заставить новообращенных об этом задуматься, заглянуть в себя и найти собственную душу. — Он взял со столика шишку и протянул Мариане. — Возьмите. Это подарок.
Мариана замотала головой.
— Нет, спасибо, мне не надо!
Ее слова прозвучали резче, чем она рассчитывала.
— Вот как… — пробормотал Фоска, возвращая шишку на место. Судя по всему, реакция Марианы его слегка озадачила.
Вновь возникла пауза. Секундой позже из-за двери появился Грег.
— Все готово, сэр. Стол накрыт, пудинг в холодильнике.
— Спасибо.
— Хорошего вечера! — Официант кивнул Мариане и вышел из комнаты.
Послышались шаги по лестнице, внизу хлопнула дверь, и Мариана с Фоской остались одни.
Пауза переросла в напряженное молчание. По крайней мере, с точки зрения Марианы. Вполне вероятно, Фоска никакого напряжения не ощущал. Невозможно было угадать его мысли и чувства, понять, что скрывается за его невозмутимостью и безупречными манерами.