— А вы бы мне поверили, Кларисса? История такая неправдоподобная… И у меня нет никаких доказательств.
Мариана едва не плакала. Ее так и тянуло обнять племянницу, прижать к себе и не отпускать.
Но сначала надо было прояснить один важный момент…
— Зои, почему ты решила все рассказать именно сейчас?
Не проронив ни слова, девушка встала, подошла к другому креслу у камина, на котором сохла ее куртка, и, достав из кармана сырую, забрызганную каплями дождя карточку, положила на колени Мариане.
— Потому что я тоже получила открытку.
3
Мариана уставилась на темную картинку в стиле рококо. На ней были изображены обнаженная Ифигения и Агамемнон с занесенным над ней ножом. На обороте чернела надпись на древнегреческом.
Мариана не стала просить Клариссу перевести текст. Все и так было понятно.
«Надо быть сильной — ради Зои, — мысленно приказала себе Мариана. — Надо срочно что-то придумать!»
— Когда ты получила открытку? — как можно спокойнее спросила она.
— Сегодня. Нашла у себя под дверью.
— Ясно, — Мариана кивнула. — Это все меняет.
— Нет, ничего не меняет! — запротестовала Зои.
— Не спорь. Нужно убираться отсюда. Немедленно. Мы уезжаем в Лондон.
— И слава богу! — обрадовалась Кларисса.
— Нет! — с отчаянной непреклонностью возразила Зои. — Я уже не маленькая! Я останусь. Мы будем бороться и поймаем Эдварда Фоску. Ты же сама говорила!
Мариана вдруг обратила внимание, до чего беззащитной, ранимой и печальной выглядит племянница. Последние события отняли у нее все силы. Такая хрупкая — и в то же время такая храбрая! «Вот что значит быть по-настоящему смелой», — подумала Мариана.
Кларисса, видимо, тоже почувствовав решимость Зои, мягко обратилась к ней:
— Дорогая моя девочка, твое бесстрашие достойно похвалы, но Мариана права. Надо пойти в полицию и рассказать все, что ты нам поведала. А после этого вы обе должны уехать. Сегодня же.
Нахмурившись, Зои упрямо покачала головой.
— Обращаться в полицию нет смысла, Кларисса. Там решат, что Мариана нарочно подговорила меня оболгать профессора. Мы только потеряем время, а его и так мало. Нужны доказательства!
— Зои… — вновь попыталась увещевать ее Кларисса, однако та, не дав ей закончить, обратилась к Мариане:
— Давай съездим к беседке и проверим. Вдруг нож все еще там? А если не найдем его, то… то уедем в Лондон. Ладно?
— Боже мой! — не дав Мариане и рта раскрыть, воскликнула Кларисса. — Неужели вы полезете прямо к убийце в лапы? Вам что, жизнь не дорога?!
— Убийства всегда происходят ночью, — возразила Зои. — У нас есть еще несколько часов. — Она посмотрела в окно и с надеждой повернулась к Мариане: — И дождь закончился. Тучи рассеиваются.
Мариана тоже выглянула в окно.
— Пока не закончился, но, похоже, скоро распогодится. — Она на секунду задумалась. — Вот что, Зои, иди к себе. Прими душ, переоденься. Хватит сидеть в мокром. Встретимся у тебя в комнате через двадцать минут.
— Хорошо. — Вмиг просветлев, Зои встала и подхватила куртку.
— Зои! — окликнула Мариана племянницу, когда та уже была у порога. — Пожалуйста, будь осторожна.
Девушка, кивнув, вышла.
Как только дверь за ней захлопнулась, Кларисса с беспокойством заговорила:
— Мариана, я категорически против того, чтобы вы с Зои шли вдвоем к беседке. Это очень опасно для вас обеих…
— Я и не планировала идти к реке и тем более отпускать туда Зои, — пояснила Мариана. — Я заставлю ее собрать вещи, и мы немедленно отправимся в Лондон, как вы и советовали.
— Слава богу, — с облегчением вздохнула Кларисса.
— Но давайте договоримся: если со мной что-нибудь случится, обязательно идите в полицию и передайте все, что сказала Зои. Вы поняли?
Кларисса с несчастным видом кивнула.
— Лучше бы вам обеим сразу обратиться в полицию…
— Зои права: это бессмысленно. Инспектор Сангха даже видеть меня не захочет. А вас выслушает.
Кларисса лишь глубоко вздохнула и уставилась на огонь.
— Я позвоню из Лондона, — добавила Мариана.
Кларисса продолжала молчать, как будто вообще ее не услышала.
Мариана ощутила разочарование. Она надеялась, что Кларисса проявит силу, мужество и стойкость и на нее можно будет опереться, но для пожилой преподавательницы это явно оказалось непосильной задачей. Кларисса как будто постарела, сгорбилась и осунулась.
«Она ничем не поможет», — поняла Мариана. Ей с племянницей придется справляться без посторонней помощи, какие бы ужасы им ни грозили.