Наверное, единственная причина, по которой здоровенный пес не бросился на меня был лишь фактор неожиданности. Псина просто не ожидала, что кто-то может посметь напасть на неё.
Но питбуль быстро опомнился и злобно рявкнул на меня. Я испуганно вскрикнула, оторопела от ужаса перед темными, налитыми кровью глазами питбуля, в страхе содрогнулась и отступила назад. Темно-карие глаза собаки с ненавистью прожигали меня взглядом. Питбуль уже было ринулся на меня, я в ужасе приросла к земле и тут между нами с лаем выскочил Леонид Ильич.
На моих глазах мохнатый керн вцепился зубами в правую переднюю лапу питбуля. Тот зарычал от боли и тут же опустил мощную пасть на спину керна.
У меня в раз прошел шок, я рванула вперёд, крепко сжимая палку, занесла её над головой и с силой опустила на спину питбуля. Питбуль тонко тявкнул, отскочил назад, прижимаясь к земле, а затем развернулся и прыткой ланью помчался прочь, завывая на бегу.
Я, часто дыша, чувствуя испарину на лице и нервную судорогу во всем теле, ошарашенно смотрела вслед убежавшему псу. В этот миг палка в моей руке с хрустом надломилась и упала на землю.
Я опустила рассеянный взгляд вниз, и увидела жмущегося к моим ногам Леонида Ильича. Пес, словно, утешающе заскулил и облизал мне ноги. Я со страхом увидела у него несколько не глубоких, но заметных ран на спине.
— Господи… бедное ты мое животное, — проворковала я. — Прости меня пожалуйста! Откуда же мне было знать, что тут такие мутанты бегают!
Я присела возле керна и погладила его голове. Пёс поднял на меня взгляд блестящих глаз и завилял хвостом, не смотря на то, что ему действительно было больно.
Раны нужно было срочно промыть, а затем продезинфицировать. Иди знай, чем там болен этот бешеный питбуль.
Но не успели мы с Леонидом Ильичем уйти, как через те же кусты, через которые ворвался и убежал питбуль, теперь вломилась какая-то женщина в спортивном костюме ярко-малинового «вырви глаз» цвета.
— Ты! — вскричала она тыча в меня пальцем. — Ты что сделала! А?! Ты за что ударила мою собаку, дрянь такая?!
Я застыла на месте, выразительно глядя на эту бесноватую дамочку. Смысл её слов не сразу дошел до меня.
— Ваша псина, — сквозь зубы процедила я, чувствуя, как во мне собирается выросший из пережитого стресса гнев. — набросилась на мою собаку и чуть было не бросилась на меня. У вас поводок зачем? Для собаки или лично для вас?!
Хозяйка питбуля осоловела от моего ответа. Лицо у нее возмущенно вытянулось, она шумно втянуло ртом воздух.
Тут за ней следом вышли ещё два каких-то мужика в белых рубашках и выглаженных до идеала брюках. Я признаться, занервничала, увидев у них ремни кобуры и торчащие из-подмышек пистолеты.
— «Влипла!» — пронеслось у меня в голове.
— Памела Викторовна, у вас всё в порядке? — пробасил один из них, с рыхлым веснушчатым лицом и коротко стриженными рыжими волосами.
Второй, черноволосый с квадратной челюстью, смотрел на меня волком.
— Нет у меня не всё в порядке! — прожигая меня взглядом, прорычала Памела Викторовна. Сейчас она была похожа на ту самую Круэлу де Виль из «101 долматинец».
— Вот эта хамоватая юная особа только что покушалась на жизнь Людовика!..
— Что?! — не удержалась я и насмешливо фыркнула. — Людовик?!
Я опустила взгляд на питбуля, который выглядывал из-за ног хозяйки.
— Вот этот ваш слюнявый бегемот-Людовик?! Серьёзно?! Может он у вас ещё и «Король-Солнце»?! А?..
— Слушай девочка, — злобно прошипела Памела Викторовна, приближаясь ко мне, — ты хоть знаешь, чья это собака?! Ты вообще знаешь, кто мой муж?!
Мне казалось, что ещё немного и её глаза буквально вылезут из орбит, так старательно она их выпячивала.
— Мне это не интересно, — холодно бросила я.
— Тебе будет интересно, — пообещала женщина, зловеще сверкая глазами, — когда я скажу, что ты только что ударила собаку самого…
— Потому что я защищала себя и свою собаку, от вашего кобеля буйнопомешанного! — я тоже повысила голос.
— Потому что твоя лохматая щетка с хвостом забрал мяч Людовика! — взвыла хозяйка питбуля. — А ты знаешь, что этот мяч подписал сам Энди Маррей*(известный спортсмен)? Знаешь?! Это мяч с его автографом!..
— Ой, да заберите вы свой гребаный мяч и оставьте меня в покое! — я подняла с земли тенисный мяч, о котором шла речь, и что было сил швырнула его прочь.
Памела Викторовна ахнула, обернулась в сторону мяча, затем глянула на меня и выкрикнула гневно:
— Ты что творишь, дура?!