По мере того, как мы шли мимо других яхт и яхточек, я видела, как судно, на которое указал Рос, увеличивалось в размерах с каждым шагом. Ну ничего себе! Самый настоящий двупалубный плавучий дом! Яхта была потрясающей. Я бы ни за что, сейчас в этом не призналась Росу, но корабль был великолепен! Белоснежный, с синими линиями на белых боках. Переливающийся фешенебельным лоском и дорогой белизной! О него захватывало дух, как и от предвкушения ступить на борт такой красавицы!
Саша не удержалась и, оказавшись на борту яхты, запищала от восторга. Я проявила большую сдержанность и только одобрительно улыбнулась, глядя на внутреннее убранство судна.
Я заметила, что интерьер явно оригинальной дизайнерской обработки, а это ещё миллиона полтора сверху. Плюс, всякие дополнительные предметы удобства и так далее, ещё миллиона два. В общем и целом, выходило под двенадцать миллионов евро. — Это круизер, да? — спросила я Роса.
Жарковский, направлявшийся к штурвалу корабля, остановился и кивнул, снова улыбнувшись:
— Хочешь покажу, как ею управлять?
— Нет, спасибо, — я качнула головой, — лучше покажи каюту, где можно переодеться в купальник.
— Пойдём.
Каюты располагались ниже и оказались ничуть не хуже, чем номер в каком-нибудь приличном отеле. Только существенно меньше.
Большую часть занимала огромная двуспальная кровать. Над ней в обе стороны вытянулось прямоугольное зеркало. Справа оказалось нечто вроде тумбочки, влитой в стену. Весь интерьер был оформлен в кофейных тонах покрыт древесной текстурой, с потолка светили кружочки точечного освещения. В правой части каюты я увидела кабинку душа с полупрозрачной матированной дверкой. У противоположной стены, под фотокартинами на морскую тематику, стоял небольшой кожаный диванчик. А на полу был светло-бежевое ковровое покрытие. В общем, номер, то есть каюта, была то что надо.
Я обернулась назад, Ростислав, опершись плечом на косяк двери с усмешкой наблюдал за мной.
— Ты не мог бы выйти? — спросила я.
Брови Жарковского поползли вверх. Чему он так удивляется? Не ожидал, что я попрошу его оставить меня одну? Или он надеялся, что я у меня отсутствует стыд, какого, наверняка, нет у тех девиц, которых он привык, пардон, «снимать» в своих клубах и барах.
— Ты меня стесняешься?
Ну, и что за идиотский вопрос?! Да, блин! У достаточно обостренное чувство стыда! Да скромность, к добру ли к худу ли, во мне тоже воспитали.
— А ты считаешь себя мужчиной? — в тон ему спросила я.
— Причем, чертовски милым и обаятельным, — он выразительно скривил лицо.
— Мужчины обычно выходят, когда девушка переодевается!.
— А если я просто отвернусь? — спросил он лукавым голосом.
— Рос, ну тебе что четырнадцать? — попыталась я застыдить парня.
Ну, да! Конечно! Застыдить Жарковского! Ха! Это тоже самое, что у хищника искать сочувствие к зайцу или загнанной лани. А именно оказавшейся в ловушке ланью, я себя отчасти и ощущала. Потому что я вдруг осознала (неожиданно) что Жарковского, как и Стрельцова толком то не знаю. А теперь я с ним и его дружком на яхте, совсем одна. Саша не в счет, мне кажется она так одержима Беркутовым, что будет рада любому развитию событий.
А я вот не знаю, что буду делать, если Рос на полном серьёзе, вдруг, начнет ко мне приставать.
— Знаешь, Лана, — задумчиво проговорил Ростислав. — Обычно я, как раз, уверен, что я взрослый молодой и здоровый мужик. Но вот такая штука… Почему-то рядом с тобой, глядя на тебя, я иногда ощущаю себя школьником. Наверное, потому что, как и в школе, я теряюсь и не знаю, как к тебе подступиться.
Я опустила взор, не зная, что ему ответить. Не надо. Не надо ко мне подступаться, Рос. Точнее, надо, но только чуть-чуть, чтобы побесить Костю. А ты хочешь подступить слишком близко…
— Ладно, нельзя так нельзя, — как-то подозрительно легко отступил Рос.
Жарковский развернулся и вышел из каюты. Я ещё несколько секунд смотрел ему вслед. Меня охватило легкое нервозное состояние, а в голове быстро, как резиновые мячики, прыгали и скакали шустрые мысли.
Подумав, я подошла к двери каюты и закрылась. Мало ли. Вдруг кое-кто, неугомонный, решит ворваться сюда. Лучше перестраховаться.
Поступок Роса меня серьёзно насторожил. Кажется, Жарковский решил всерьёз использовать сегодняшнюю ночь, чтобы попробовать получить от меня желаемое. Ну, мне остается надеяться, что у Ростислава есть ко мне хоть чуть-чуть уважение и хоть немного совести, потому что я к такому повороту событий совсем не готова. Вот просто категорически! Но… беда в том, что я теперь совершенно не уверена в том, чем закончится сегодняшняя ночь.