– Не стоит так стараться. Не имеет смысла. – Сказал один из них, мужчина в костюме.
– Немедленно освободите меня! Вы понимаете, что похитили офицера полиции? Кто вы такие?
Взгляд Сандра упал на второго мужчину, который выглядел очень странно. И дело было даже не в луке со стрелой в его руках. И даже не в рубашке со штанами странного покроя. Поразительно светлая кожа, волосы и голубые глаза – вот что делало его странным. Выглядел он так, будто ни он, ни его предки никогда в жизни не бывали на солнце.
Мужчина в костюме подошел ближе к следователю и присел на корточки.
– Вас ведь зовут Сандра? Во первых, сам факт того, что вы ещё дышите, является моей заслугой. Не настраивайте меня против себя. Есть одна услуга, которую вы нам можете оказать. И есть два способа, которыми мы можем этого добиться – либо вы действуете добровольно, либо…
Внешне он был похож на учителя или университетского профессора.
Сандра попыталась встать на ноги, но не смогла.
– Что вам нужно?
– Хорошо, я кое что расскажу вам. Наверное, вы сами успели заметить, что здесь с людьми происходят странные вещи?
Детектив прислонила руки к деревянной стене.
– Что вы сделали с людьми? Они в заложниках? И почему у этого типа лук со стрелами?
Мужчина в костюме рассмеялся. У бледнолицего, напротив, не проявилось ни единого подобия эмоции.
– Опять одни вопросы. Скоро все закончится, Сандра. Осталось не более пяти дней. Но закончиться может по разному, как для вас, так и для местных жителей, вроде меня. Вы можете помочь, чтобы закончилось ТАК, а не ИНАЧЕ. ТАК – значит хорошо. Без лишних жертв.
– Что вы сделали с людьми? Накачали чем то? Вы знаете, что скоро здесь появится служба безопасности и Национальная Гвардия. Вас просто сметут.
– Возможно, вы правы. Но только произойдёт это уже тогда, когда не будет иметь для нас никакого значения. Именно вы можете нам помочь. Помогите нам вернуть кое-что. То, что принадлежало нам. То, что у нас украли. И тогда всё вернется на свои места. И мы никогда вас больше не побеспокоим.
– Вы сумасшедшие!
Мужчина встал на ноги.
– Тридцать три года назад здесь кое-что произошло.
– Я знаю. Здесь пропал мальчик. Я читала об этом.
– Да, но только это лишь часть истории. В то же самое время была совершена большая ошибка. – Мужчина качнул головой в сторону типа с луком в руках. – Один из ему подобных украл у нас то, что принадлежало всем. К сожалению, спросить его, зачем он это сделал, мы не можем: его уже нет в живых. Мы надеялись, что местный капитан-полицейский и его друзья помогут нам. Но, к сожалению, их умственные и физические возможности оказались ограничены. А время идёт. Помогите нам – и мы поможем вам. Вы всего лишь должны раздобыть для нас кое-что из хранилища улик в Городе. В том самом здании, где вы работаете. Улик по делу тридцатитрёхлетней давности.
– Тридцать три года? Вы с ума сошли? Вещдоки обычно столько не хранятся.
– А вы всё таки попробуйте.
Сандра задумалась.
– Вы действительно считаете, что я буду помогать обезумевшим террористам?
– Хорошо, детектив. Мы дадим вам совсем немного времени подумать. Но помните, что от вашего решения зависят жизни многих людей. Например, меня самого. А пока…
Он щелкнул пальцами. Бледнолицый сзади него положил лук со стрелой на землю, снял тканевой мешок с плеч и достал оттуда несколько хлебцов и кожаный мешок, вероятно с водой. Все съедобное он положил перед Сандрой.
– Пытаетесь отравить меня?
Мужчина в костюме опять улыбнулся.
– Ну вы же умная женщина. Хотели бы – давно бы это сделали. Отдохните немного и подумайте. И, пожалуйста, не пытайтесь сбежать. Поверьте мне, это бесполезно. И знайте, что вас никто не ищет. Будете вести себя хорошо?
Она утвердительно качнула головой.
Бледнолицый подошел к Сандре, достал большой нож из-за ремня и разрезал верёвки на ее руках.
***
– Интересно, легко ли жить выдрой? Шалапайка! Жалко, что не вижу где у тебя глаза – выцарапала бы. – Юля сидела в нескольких метрах от стены где, по словам Алекса, сейчас стояла невидимая Тайна. – Надеюсь, она слышит меня?
Алекс утвердительно качнул головой. На его обычно спокойном лице всё еще было нарисовано изумление.
– Видишь же, она вернулась. – Макс сидел на своем матрасе. – И никакая она не шалапайка. А почему мы её не видим? Она стала призраком?