Я даже не вздрогнула, когда Теневик переместился за мою спину. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы знать это наверняка. От магов всегда веяло такой сильной энергией, что можно было с закрытыми глазами в точности определить их движение. И сейчас я узнала, что даже теневое подпространство не может окончательно их скрыть.
- Я направляюсь в библиотеку, наставник. – Равнодушно ответила я, наблюдая за его медленным приближением.
– Вы так спешили в библиотеку, что чуть не выбили дверь?
- Нет. Я увидела шестьдесят восьмую еще с улицы. Я сразу поняла, что с ней происходит и поспешила, чтобы увидеть Теневика в действии. По последним данным, в соседней империи появились такие же Теневики. А на сколько мне известно именно я попаду туда по распределению. Прошу простить мое любопытство, наставник. – Снова склонила я голову в поклоне. - Я не могла упустить возможность увидеть собственными глазами, с кем могу столкнуться в своей работе.
Я не лгала, просто не сказала всей правды. Еще в начале этого года нам было известно куда нас распределят после выпуска. И мне, как лучшей, досталась соседствующая с нами империя, самая крупная после нас и с которой, уже около двухсот лет мы были в напряженных отношениях. А когда, месяц назад, наша разведка доложила, что у них появились собственные Теневики, император был в бешенстве. Как оказалось, из императорского архива пропали рукописи с нашими тайными знаниями о подпространстве. Тогда полегло много голов, без права на искупление. Как же, Теневики – наш козырь, который оказался в руках у наших главных врагов. Расследованием занялся сам верховный. Молодой, но самый сильный маг в нашей, и не только нашей, империи. Первый советник, верховный маг, приемник и правая рука самого императора. Человек, под руководство которого мы должны были попасть после выпуска. Это с его приходом появились теневики, которые занимаются правопорядком всего населения нашей империи и именно он стоит во главе их. Его боялись больше императорского гнева, ведь он обладал крайне необычным даром - читать души.
- Да, вопиющая наглость – украсть наши тайные знания прямиком из императорского архива. - Наставник недовольно поджал губы, но это недовольство, к моей радости , было направлено не на меня. – Скажи, тебе ее жалко?
- Нет – ответила, не отводя уверенного взгляда от белесых цепких глазок наставника. Он уже дошел до меня и теперь, я даже могла рассмотреть красную сеточку сосудов на его белках. – Ее дух слаб. Такие не заслуживают шанса на искупление.
- Ты же слышала, что она говорила? – проникновенно зашептал он, нависая надо мной своей дряблой тушкой. - Как думаешь, может она и правда невиновна?
- Не мне судить о решении императора, если ее осудили, значит было за что. Я могу идти, наставник? – И это был единственно правильный ответ. Окончательный приговор о казни выносит сам император, усомнится в верности его решения - прямой путь на пожизненную каторгу, а в моем случае - смерть без перерождения.
- Иди. – медленно кивнул он, отступая на несколько шагов, тем самым говоря, что мой ответ его полностью удовлетворил.
В ту ночь я так и не смогла уснуть. За долгие годы, прожитые под крышей этой школы я научилась абстрагироваться от окружающих, от смертей. Но смерть этой девушки задела меня. Там, перед зеркалом, она казалась маленьким потерянным ребенком, а не хладнокровной девятнадцатилетней убийцей. Все мои подозрения только ухудшились с предсмертными словами этой девушки. Раньше мне казалось, что я такая одна, среди всех этих бывших преступников, что только меня в прошлом осудили по ошибке. Но сейчас внутреннее чутье кричало, что эта девушка также как и я не могла совершить преступление, за которое отправляют на смертную казнь. Но почему мы с ней оказались здесь? В нашей империи не существует ложного обвинения. Каждый обвиняемый проходит суд теневиков, на котором воспроизводятся и записываются нужные для дела воспоминания подсудимого. И поверить, что мы действительно заслуживали смертную казнь - я не могла. Для такого, нужно было совершить нечто крайне аморальное, даже за попытки переворота и заговоры против власти не отправляли на смерть.
Я впервые серьезно задумалась над тем, что мне делать дальше, как сложится моя жизнь после выпуска, без права создать семью, друзей.. Как избежать притяжения зеркал.. Мне впервые действительно было страшно, как никогда за эти годы. Не только за свое существование после окончания, но и за то, что мне с каждым разом все сложнее противостоять притяжению зеркала. Теперь я знала, что меня ждет, если не буду бороться с этим притяжением, что будет, если я погружусь в свои воспоминания. Она ведь даже не поняла, не видела и не слышала ничего вокруг..