Попал ли тот мужик на прием к мэру, Шнейдер не помнит.
VIII.
Я спрашиваю, как же так получилось, что на смену сумке с калькуляторами и той единственной пачке с долларами (десять тысяч за концерт на Красной площади), за которую чуть не посадили Сергея Станкевича, пришла такая коррупция. Шнейдер трогательно разводит руками: «Ну что вы, я же не специалист, я не знаю. Может быть, все началось с олигархов?»
«С олигархов, не с Лужкова?» - может быть, я спрашиваю слишком в лоб; Шнейдер смущается и говорит, что «коррупция не зависит от какой-то конкретной личности. Просто однажды люди понимают, что можно воровать, и уже не могут остановиться. Черт его знает».
IX.
Единственное, о чем Шнейдер жалеет сегодня, - это о том, что демократам в свое время не удалось организовать пропагандистскую работу с населением, не удалось объяснить обществу смысл реформ. «Мы и Ельцина об этом просили, и Гайдара, и Чубайса, но у них и так было столько дел, что о разъяснительной работе никто не думал, сфера объяснялова была запущена, вначале ее захватил Полторанин, потом - Гусинский с Березовским, которые вообще стали мочить демократов, - как потом оказалось, на свою голову».
Больше Михаил Шнейдер ни о чем не жалеет.
X.
Уйдя из мэрии, Шнейдер сосредоточился на работе в аппарате СПС - до сих пор каждый день ездит на работу, налаживает контакты с регионами после очередного поражения партии на выборах. Вначале возглавлял региональный отдел, сейчас - отдел методологии и внешних связей. К нынешнему имиджу СПС относится спокойно, и даже прошлогоднюю акцию с участием Бориса Немцова в магазине «Седьмой континент», когда Немцов скандировал лозунг: «Бабушкам и дедушкам не хватает хлебушка», считает вполне нормальным явлением. «Мы просто говорили о либерализме бабушкам и дедушкам на их языке. Это вы смотрите на все как журналист, изнутри, и все понимаете, а если со стороны смотреть, то все правильно - во всех учебниках написано, что надо расширять электорат, а в нашей стране его можно расширять только за счет пенсионеров». Риторику СПС 2007 года Шнейдер не считает левой - «просто в условиях ограниченной свободы слова иногда нужно переходить на птичий язык, не теряя самоидентификации и, конечно, следя за базаром».
В его речи часто проскакивают такие жаргонизмы, но феня звучит совсем не так, как если бы на ней разговаривал какой-нибудь гопник - нет, Шнейдер - это классическое «интеллигенция поет блатные песни». Наверное, если бы не было «Демроссии», он стал бы КСП-шником.
XI.
В том, что демократы когда-нибудь снова придут к власти, Шнейдер, конечно, не сомневается, его прогноз - лет через пять, а может, и через двадцать, смотря сколько будет стоить баррель. Михаил Яковлевич даже готов поименно перечислить тех, кто придет к власти - Владимир Милов, Никита Белых, Илья Яшин, Мария Гайдар. У Шнейдера даже есть аккаунт в Живом журнале, поэтому он постоянно в курсе всех оппозиционных дел. Участвует в подготовке очередной объединительной конференции демократов, говорит, что возрождение «Демократической России» обязательно состоится. Всерьез верит во все это или по привычке - непонятно. Может, и всерьез.
Когда революция - из гуманизма ли, по невнимательности ли, - в нарушение известного правила не пожирает своих детей, дети вырастают в очень трогательных и симпатичных чудаков - вот как Михаил Яковлевич Шнейдер, например. Опечатывал ЦК КПСС, вел замечательную толпу к Лубянке, митинговал, выдвигался - а теперь сидит в своих сандалиях на лавочке в бетонном дворе и рассказывает мне про Машу Гайдар. Жалко, что он не сказал, какой у него аккаунт в ЖЖ, - я бы его зафрендил.
Добрые люди помогли
Беженцы времен Ельцина
Дмитрий Афонин, выехал из Ташкента
В 1991 году я вернулся из Минска, где служил в армии, домой в Ташкент. У нас был дом на краю города, свое хозяйство. Мне в Минске предлагали остаться после срочной, но я решил - нет, домой. Жителям Средней Азии европейская Россия казалась не самым сытым краем - у нас-то хлопок выращивали, и жизнь-то была побогаче. Разное говорят про советский строй - но если кому при нем хорошо жилось, так это нам.