ВК
Воняет и капает (другой вариант: Отдел воздухоплавания и космонавтики)
Отдел инженерной геологии
ИГ
Инженерные гении (себя назвали — «скромно»)
Централизованная бухгалтерия
ЦБ, или Б
Центробанк (употребляли чаще), или Б…ская (употребляли реже, но все—таки употребляли…)**
Теперь обратимся к сноскам.
*Сноска первая. Геологам помог случай: к начальнику ОКиПа обратился другой начальник и попросил взять в отдел его сына. Сын был то ли дебилом, то ли олигофреном — тридцатилетний кряжистый мужик с лицом десятилетнего мальчика. Он добросовестно выполнял все, что ему поручали, а в перерывах играл в солдатики (которых носил в кармане) и счастливо смеялся — сам с собой. Игорька взяли в ОКиП обрезчиком. С работой он справлялся, обрезая размноженные чертежи старательно и ровно, точно по краю — огромными специальными ножницами (которые здесь называли ножнями), и его — с ножницами в руках — боялись все сотрудники и без нужды мимо не ходили, хотя Игорек никогда никого не трогал.
**Сноска вторая. Догадаться, как геологи расшифровали Б, можно не имея богатого воображения. Бухгалтерия, где работали одни женщины, за «б***скую» — вся поголовно обиделась, и находчивые геологи переименовали ее в «Центробанк». Пожалели тёток, работа у них каторжная — весь Транспроект на них, все двадцать этажей! Вот и оборзели от такого напряга… Тёток-то пожалели, а название осталось, поскольку в принципе соответствовало: уж очень злые были в бухгалтерии тётки…
После проведенного ИГ «дешифрования» в коридорах института можно было услышать такие, к примеру, диалоги:
«Вчера у космонавтов был, так они говорят — всю сметную документацию неделю назад контуженым скинули. Она там месяц проваляется, если их не дергать. Накроется премия…
— Это точно! И центробанку работы убавится, премию считать не надо. Ты к придуркам-то сходи, поторопи их. А то сидят там, с Игорьком в солдатики играют…»
И ничего геологам за это хулиганство не было. Кто же их тронет? Пойди, найди их! Им лес — родной дом, они и в институте почти не бывают, вечно в командировках, комаров кормят.
Именно в командировках и заключалась основная работа инженерной геологии. Периоды между командировками они проводили в институте, изнывая от непривычного безделья и наслаждаясь благами цивилизации: с утра курили на лестнице и травили бесконечные бамовские байки. В двенадцать открывалась столовая, и они перемещались туда, а когда столовую закрывали, всей компанией перебирались в буфет, где предавались таежным воспоминаниям, запивая их горячим кофе.
Кофе в нашем буфете варили отменный. Кофеварка «Эспрессо» наливала его прямо в чашку — горячий, густой, с аппетитной пенкой! Сверху у кофеварки была стеклянная воронка, куда буфетчица сыпала кофейные зерна — и там они, перемалываясь, вкусно похрустывали. Буфет был на первом этаже, а кофе пахло даже на четвертом!
И как-то так получалось, что когда бы ни заглянула Надя в буфет, сотрудники отдела инженерной геологии всегда сидели за столиком, и им никто не напоминал, что обед давно закончился. Всем жалко было геологов — намерзлись в тайге, набедовались на макаронах да концентратах, в палатках, без телевизора и удобств. Пусть посидят в теплом буфете — заслужили! Геологи были такого же мнения.
В отличие от сотрудников ИГ, Надя приходила в буфет в свой обеденный перерыв. Выбирала столик поближе к геологам, и до неё доносились завораживающие, волшебные названия бамовских поселков и городов — Нерюнгри, Тында, Лабытнанги, Золотинка… Ковыряя вилкой салат, Надя размышляла о том, что никогда не была (да и не будет) в поселке с ласковым названием Золотинка. А инженеры-геологи — были, Золотинка для них не просто название, это — часть их жизни… Жизни, какая и не снилась рядовым сотрудникам института (которые, кстати, о такой жизни не мечтали: всех вполне устраивала своя собственная). Жизни, о которой грезила вся корректорская (состоящая из девчат от восемнадцати до двадцати пяти лет), а иногда к ним присоединялось машбюро: там тоже любили помечтать и поболтать.
Отдел инженерной геологии, овеянный ветром таежной романтики, не видел машбюро (вкупе с корректорской, где работала Надя), что называется, в упор. Обижаться было не на что: первопроходец бамовских трасс, головной вагон Байкало-Амурской магистрали, как называли его в институте, отдел ИГ был государством в государстве, как, к примеру, Люксембург. Клан избранных, особая каста.