— Т-три месяца? Все направления?.. — Уэно побледнел.
— Просто достань мне эти списки, я сам их просмотрю, — тяжело вздохнув, ответил Ёхей. — Слушай, Уэно, меня сегодня утром никто, случайно, не искал?
— А? Зачем? Вы ведь ездили в храм Чистой воды, это далеко, все думали, что вы решили переночевать там...
— Ты прав, так оно и было, — солгал он, пристально наблюдая за реакцией Уэно.
Но помощник лишь неловко улыбнулся, уселся за свой рабочий стол и принялся сосредоточенно писать. В этот момент Ёхей почувствовал укол совести из-за того, что усомнился в честности своего помощника.
***
Хотя предыдущую ночь Рио провела почти без сна и от этого валилась с ног, уснуть она смогла лишь далеко за полночь. Не давали покоя мысли о происходящей неразберихе. Больше всего волновали два вопроса: поверил ли ей Комори, и где сейчас находится Рёта. Она очень надеялась, что брат послушался её и отправился к восточной границе. Но связываться им сейчас было никак нельзя, поэтому оставалось лишь молиться всем семерым богам удачи о благосклонности.
Из-за всех этих переживаний Рио совсем забыла, что на полдень наступающего дня было назначено знакомство с потенциальным женихом. По крайней мере таковым Мацуду считали родители и тётушка Акари, которая ни свет ни заря заявилась с вереницей подруг и едва ли не целой повозкой ярких нарядов.
Всё утро шумные тётушки вдохновенно причёсывали и одевали Рио. На их счастье она почти не сопротивлялась, стиснув зубы принимая непрошенную заботу. Им было невдомёк, что Рио делает это из весьма и весьма корыстных побуждений. Она даже согласилась надеть кимоно, украшенное крупными цветами, хотя считала, что уже слишком взрослая для такого узора и предпочла бы однотонную одежду с мелким узором.
К половине двенадцатого сборы завершились, и Рио в сопровождении тёти отправилась на встречу. Отпускать её одну Акари категорически отказалась
— Незамужней девушке ни в коем случае не следует оставаться с мужчиной наедине, — сказала она, — к тому же, этот Мацуда очень подвержен западной моде, кто знает, как он себя поведёт?
— Хо? Разве тётушка Акари не говорила мне, что это приличный молодой человек?
— Говорила, и от своих слов не отказываюсь. Но он должен знать, что семья тебя ценит и будет защищать, и что его статус не заставит нас лебезить перед ним. Ох, возможно... возможно, тебе бы хотелось пойти в сопровождении матери? Что же делать... если ждать, пока она соберётся, можно опоздать...
"Вот ведь лиса!" — подумала Рио в тот момент.
Тётушка Акари была очень довольна и казалось, ждала этого свидания больше всех. Впрочем, прибыв в назначенное место, она разочаровалась.
— Хотя это и дорогое заведение, оно всё же в западном стиле. Думаю, для знакомства куда больше подошёл бы рётэй, — негромко сказала она Рио, прикрывшись веером.
— Ах, как же всё-таки жаль, что это не традиционный ресторан, я так давно не угощалась блюдами высокого класса, — продолжала тихо сокрушаться Акари, когда они вошли в помещение.
Их встретил управляющий — мужчина в строгом чёрном костюме с белой рубашкой и такими же белыми перчатками. Уточнив, имеется ли бронь, он проводил их в роскошный зал ресторана. И хотя Рио с Акари только что были на улице, где стояла ясная солнечная погода, едва не ослепли от обилия света и белого цвета в обстановке.
Стол, за которым ожидал Мацуда, был сервирован на две персоны. Управляющий на мгновение растерялся и вопросительно посмотрел на Мацуду. От Рио не укрылось ни лёгкое разочарование, промелькнувшее на его лице, ни торжествующий взгляд Акари.
Всё это длилось едва ли несколько секунд. Управляющий движением руки позвал официанта, который тут же принёс третий стул, другой парнишка появился с приборами, и непредвиденные обстоятельства тем самым исчерпались. По крайней мере, так это выглядело для Рио.
Обменявшись приветствиями, они пытались начать беседу, заговорив о погоде, но выходило неловко. Когда принесли закуски, которые ни Рио, ни Акари в своей жизни не видели, Мацуда было оживился и стал рассказывать, из чего это сделано и насколько вкусно.
Однако на тётушку это впечатления не произвело. Впрочем, Рио тоже не была в восторге, узнав, что закуска приготовлена из мелко нарезанной сырой говядины. Это был один из редких моментов, когда тётя и племянница оказались солидарны друг с другом и решили воздержаться от угощения, сославшись на слабый желудок.