— Откуда вы знаете, о чём я думал?.. — спросил Ёхей, всё ещё находящийся под впечатлением от внезапного появления главы додзё.
— С таким выражением лица обычно вспоминают о чём-то горьком. Возможно, ошибка или проступок, о котором искренне сожалеешь.
— Скорее, это был детский каприз, определивший ход всей моей оставшейся жизни.
— Вот как? И что вы думаете? Стоило поступить иначе?
— Честно говоря, не знаю, — помолчав ответил Ёхей.
Резкий порыв ветра всколыхнул волосы на затылке, от чего по спине побежали мурашки. Он, сам того не замечая, тяжело вздохнул. Като отпил чай, и внимательно посмотрел на него.
— Неужели путь, которым вы следуете, не имеет смысла?
— Вовсе нет! В конце концов я ведь приношу пользу обществу. И... тот, кого я вспоминал, очень помог мне в становлении таковым. Наверное, поэтому я всё ещё чувствую, что поступил несправедливо, — при этих словах Ёхей снова почувствовал, как сжалось сердце.
Като улыбнулся и снова отпил чай, словно позволяя ему пережить эту боль. Несколько минут они так и сидели молча. Потом он наполнил чашки и заговорил.
— Если бы тот, о ком вы вспоминаете, считал несправедливым ваше желание, стал бы он помогать? Вряд ли он был с вами суров, если вас мучает совесть даже столько лет спустя. Рискну предположить, речь о родителях, верно? Вы решили оставить деревню и уехать в город в поисках более интересной юному сердцу жизни. Не смотрите на меня такими удивлёнными глазами, — Като искренне рассмеялся, — таковы уж все юноши! Откуда я знаю? Как думаете, сколько у меня было учеников? То-то же. Я вам больше скажу, даже городские стремятся куда-нибудь уехать ради приключений. Если позволите, мой вам совет: найдите возможность хотя бы ненадолго вернуться в родные места. Вам станет намного легче.
— Благодарю. Думаю, вы абсолютно правы, Като-сан, — задумчиво ответил Ёхей.
— Кстати говоря, могу я узнать, кто вы?
— А, прошу прощения! Меня зовут Комори Ёхей, младший сыщик специального отряда по расследованиям.
— Рад знакомству, Комори-сан. Что привело вас ко мне?
— Дело касается сокровища, которое хранится в вашей школе. Возможно, вы слышали, что были похищены чаша очищения и корзина безвременья?
— Да, до меня доходили слухи об этом. Но... неужели вы думаете, что веер защиты... нет-нет-нет, этого просто не может быть, — Като нервно засмеялся, но под действием пристального взгляда Ёхея перестал. — В самом деле?..
— К сожалению, у меня есть очень серьёзные основания полагать, что дела обстоят именно так. Вы позволите мне взглянуть на веер?
***
Хранилось сокровище в тренировочном зале на почетном месте — в нише на каменной глыбе по правую сторону от большого листа с девизом. Впрочем, каллиграфия эта была настолько же нечитаема, насколько прекрасна и невесома.
Ёхей остановился в нескольких шагах от ниши, Като Ацуя же с поклоном прошёл вперёд и взял закрытый веер.
— Вот, прошу вас, посмотрите сами, — Като аккуратно двумя руками протянул ему реликвию.
— Вы уверены, что я могу это сделать? — Ёхей так же двумя руками принял веер.
Он был сделан из пластин красного сандала. Ёхей почуял этот сладковато-пряный аромат еще когда Като только повернулся к нему, а теперь от этого запаха едва не закружилась голова.
"Не может ведь сандаловая пластина сохранять такой насыщенный аромат несколько веков кряду?" — подумал он и взглянул на Като. Тот помрачнел на глазах, поняв мысли сыщика.
— Да, конечно, всё в порядке. Откройте, — ответил он наконец, взяв себя в руки.
Ёхей, затаив дыхание сдвинул большим пальцем лицевую гарду, на которую была нанесена замысловатая гравировка на древнем языке. Веер легко раскрылся, осветив белизной шёлка напряжённые лица двух мужчин. Увидев рисунок, Като едва не воскликнул от ужаса: нежно-розовые цветы на чёрной ветви имели лепестки не с двумя зубцами, а с одним острием. На веере был изображён цветущий персик. В углу красовалась красная фамильная печать Саэки.
— Като-сан, это правда, что вы одалживали настоящий веер Саэки Рёте?
— Д-да, так и есть... — пробормотал в ответ Като.
— Как считаете, мог он вам вернуть подделку?
— Нет, совершенно точно нет, — на этот раз уверенно ответил он. — Дело в том, что Рёта-кун показывал мне этот веер в сравнении с настоящим. Я тогда даже испробовал эту копию в бою с учениками, в то время как настоящий совершенно точно лежал на своём месте.