— Вы уверены в этом?
— Абсолютно. Могу поклясться именем семьи Като.
— В таком случае, как хорошо охраняется территория, прилегающая к додзё?
— Каждую ночь посменно дежурят ученики, живущие здесь. Днём же на территории постоянно кто-то есть, так что пройти незамеченным очень сложно.
— Даже с помощью артефактов?
— Насколько мне известно, ещё нет ни одного артефакта, который мог бы сделать человека невидимым, — Като вполне серьёзно задумался.
На протяжении всего разговора он ни разу не дал повода усомниться в своей искренности. Подкупало и то, что Като не пытается обвинить самого очевидного подозреваемого.
— Я хорошо знаю Рёту-куна, он слишком прямодушный для того, чтобы быть злодеем.
— Саэки Рёта обучается у вас?
— Нет, но он ходил в ту же школу, что и моя дочь. Смешно вспоминать, но было время, когда Акико заступалась за него и ввязывалась в драки с мальчишками, — Като не смог сдержать улыбку.
— Простите, она ваша единственная дочь?
— У меня есть ещё два сына, но оба они служат в страже при Императорском дворе.
— Вот как? Понятно. Тогда, могу я побеседовать с вашей дочерью? Мне бы хотелось узнать побольше о личности Саэки Рёты.
— Да, конечно, она сейчас должна быть дома. Я попрошу её прийти в беседку, если не возражаете, — охотно согласился Като.
— С удовольствием. Ах, вы не против, если я заберу эту подделку в качестве улики?
— Поступайте как должно сыщику, вы в своём праве.
***
Отчего-то теперь Ёхей в беседке ощущал себя совсем иначе, нежели в прошлый раз. Шум воды и постукивание бамбука о камень больше не вводили его в транс. Все его мысли были обращены к вееру, что лежал перед ним на низеньком чайном столике.
Если Като говорил правду, значит кто-то очень хотел подставить Саэки Рёту. Для этого вполне достаточно было подкупить кого-нибудь из слуг, а может быть даже учеников, хотя вероятность последнего была крайне мала: всё же преданность учителю превыше любого материального блага.
Пока Ёхей рассуждал об этом, Като вернулся со своей дочерью. Это была довольно высокая красивая девушка. Она заняла место напротив, Като сел справа от сыщика.
— Акико, это Комори Ёхей, младший сыщик специального отряда по расследованием. Он хочет узнать всё, что ты знаешь касательно Рёты-куна.
Пока он говорил, Ёхей внимательно наблюдал за лицом его дочери. Поначалу она, как и все девушки не могла оторвать от сыщика восхищённый взгляд. В какой-то момент Ёхей даже почувствовал себя виноватым перед Итару, который симпатизировал этой особе. Впрочем, Ёхей вполне мог понять чувства друга и в некоторой степени разделял его мнение.
Однако стоило девушке увидеть веер, как лицо её сделалось испуганным. Она прикрыла рот ладонью и ещё раз взглянула на сыщика. А когда Като закончил говорить, с поклоном воскликнула:
— Прости меня, отец! Прости свою глупую, неразумную дочь!
— Акико? — Като оторопел. — Что случились?
— Прости, прости меня, отец! — снова и снова кланяясь, повторяла она сквозь слёзы.
— Да объясни ты в конце концов, что происходит! — не выдержал Като и ударил по столу.
Девушка вздрогнула, вжала голову в плечи, но поднять взгляд так и не решилась.
— Рёта-кун, это всё он, — начала она рассказывать, то и дело всхлипывая. — Он попросил меня подменить настоящий веер.
— Что ты такое говоришь?! — Като встряхнул её за плечи, и она наконец посмотрела сначала на отца, потом на сыщика.
— Он сказал, что это ненадолго, что ему нужно что-то уточнить...
— Но зачем? Он ведь мог просто попросить меня снова!
— Ты был в отъезде, отец!
— Когда это было? — тут же подхватил Ёхей.
— Если подумать, я был в длительной поездке лишь один раз в этом году, — Като быстро взял себя в руки. — Доктора велели мне как следует отдохнуть, и я неделю провёл на горячих источниках. Это было во время малых холодов*, получается, уже четыре месяца прошло.
— Да, так и было, Рёта-кун пришёл на второй день после отъезда отца, — закивала заплаканная девушка.
— Кто-то может это подтвердить? — спросил Ёхей.
Девушка замялась, но всё же ответила:
— Моя горничная подавала нам чай...
— И почему же Саэки Рёта не вернул вам веер?
— Н-не знаю... он... он исчез! Уехал без предупреждения!
— Когда? — сыщик решил задавать вопросы как можно быстрее, чтобы она не успевала подумать.
— Незадолго до возвращения отца.
— Като-сан, вы отсутствовали всего неделю, верно?