Когда Ёхей зашёл в лавку, Саэки была занята работой. Около четверти часа он терпеливо наблюдал за тем, как она записывает пожелания покупателей и объясняет, почему невозможно сделать часть того, что они хотели бы вложить в талисман.
Поняв, что не в силах сидеть и ждать, Ёхей решил купить какой-нибудь еды, пока ещё не слишком поздно и торговцы не закрыли свои лавочки. К тому же он надеялся, что посетители к его возвращению закончат с заказом. Увы, ожидания не сбылись, и Ёхею пришлось снова занять место за столиком у окна, на этот раз под косые взгляды присутствующих, которых привлёк аромат горячих закусок, просачивавшийся через бумажную обёртку.
Стараясь сохранять непринуждённый вид, Ёхей в который раз принялся разглядывать интерьер магазина. Он снова и снова прокручивал в голове открывшиеся ему детали, думал о вопросах, которые непременно должен задать Саэки, и не заметил, как задремал.
***
Когда Рио закончила с работой, на часах было уже без пяти восемь. Под этими самыми часами прислонившись к стене мирно спал сыщик. Рио было жаль тревожить его, поэтому она как можно тише убрала камни и инструменты с прилавка, потом забрала уличную вывеску и, немного подумав, заперла дверь изнутри.
Всё это она проделала с надеждой, что Комори проснётся, но даже когда Рио вернулась из кладовки на втором этаже, куда отнесла вывеску, он продолжал спать. Некоторое Время Рио стояла напротив и разглядывала его лицо. Даже во сне Комори выглядел измождённым, поэтому будить сыщика не хотелось ещё больше. К тому же свежи были воспоминания о ночи, которую он провёл в бреду, и Рио решила, что, вероятно, Комори ещё не выздоровел.
"Что ж, когда спит, он намного приятнее, чем когда разговаривает," — усмехнулась про себя Рио.
Комори не был смазливым, но и грубой природной красоты в нём не было. Впрочем, аристократической утончённостью он тоже не мог похвастать. Чёткие линии бровей и глаз, высокие скулы, нос с небольшой горбинкой, тонкие губ — всё это скорее было хищным или даже острым. Рио его внешность напоминала холодный сверкающий клинок.
"Красивый," — мелькнуло в голове, и Рио, осознав свои мысли, почувствовала, как приливает кровь к щекам. Поняв, что медлить больше нельзя, она всё-таки решилась его разбудить.
— Эм... Простите... Комори-сан? Просыпайтесь, Комори-сан! — немного громче повторила она.
Сыщик встрепенулся и стал удивлённо оглядываться.
— Ох, неужели я уснул?.. — Он выпрямился и встал, попутно поправляя волосы и одёргивая одежду.
— Кажется, это становится вашей привычкой, — хихикнула Рио.
— А вы сегодня в хорошем расположении духа. Произошло что-то хорошее?
Слова сыщика звучали ехидно, как будто бы даже с затаённой обидой, но Рио решила не обращать на это внимания.
— Именно так! Я узнала кое-что важное и, честно говоря, очень рада, что вы решили посетить нашу лавку этим вечером. Однако... Вы не против продолжить разговор в другом месте? О, не поймите неправильно, — тут же спохватилась Рио, поймав его удивлённый взгляд. — Если я не погашу здесь свет, кто-нибудь обязательно решит, что я ещё работаю. Видите ту дверь за прилавком? За ней кухня, подождите меня там.
Комори кивнул, взял со стола бумажный свёрток, уже покрывшийся масляными пятнами, и скрылся за дверью. Через пару минут, погасив все лампы в магазине, Рио проследовала за ним.
— Это вам, — протягивая свёрток, сказал Комори, едва она перешагнула порог. — Я подумал, что вы наверняка голодны и купил немного такояки*. Но, боюсь, они уже остыли...
— А вы, оказывается, умеете быть внимательным, — Рио весело улыбнулась, принимая угощение. — Большое спасибо. Вы ведь не против перекусить со мной? Возьмите в углу два табурета и садитесь у этого стола. Вы уж простите, тут немного тесно...
Рио сама себя не узнавала в этот момент, но слова продолжали выскакивать одно за другим, а руки тем временем выкладывали остывшие жаренные шарики в тарелку, активировали самонагревающийся камень под чайником и доставали чайные принадлежности из небольшого навесного шкафчика.
***
Ёхей как заворожённый наблюдал за каждым движением Саэки. Заметив, как её щёки заливаются румянцем, он едва сдерживался от улыбки. Ёхею льстило, что Саэки, которая не подала руки Итару, сейчас смущалась от его взгляда.
Разрушать эту очаровательную атмосферу совершенно не хотелось, однако же долг требовал от сыщика взять себя в руки и вернуться к расследованию.