Таким образом они благополучно выбрались из музея и ушли, даже не вернув на место ключ от двери для работников — просто оставили его на верхней ступени.
***
На обратном пути они много разговаривали о всевозможной ерунде. То ли от напряжения, то ли от усталости, но говорить о серьёзных делах совершенно не хотелось. Впрочем, расходиться восвояси тоже не было желания, поэтому дорога заняла едва ли не больше часа.
И только поднявшись в спальную комнату своей лавки Рио в полной мере осознала произошедшее. Её бросало то в жар, то в холод, тревожные мысли беспорядочно мелькали в голове, так что уснуть ей удалось только в конец обессилев, когда за окном уже занимался рассвет.
Глава 14: Противостояние. Часть I
Утром Ёхей снова был в своём кабинете за некоторое время до начала рабочего дня. Он ни за что не хотел пропустить результаты ночных трудов, поэтому каждые пятнадцать минут выходил в холл, чтобы перехватить человека из музея, если таковой будет. На пятый раз Уэно, который сразу же сел разбираться во вчерашних списках, не выдержал и спросил:
— Вы кого-то ждёте?
— Скажу, когда ответишь, на чьей ты стороне, — бросил Ёхей перед тем, как скрыться за дверью.
В приёмной сыщик пробыл около двух часов, прежде чем ему наскучило слушать сплетни товарищей, изредка прерывавшихся, когда в дверях появлялся проситель. Ёхей уже пересёк длинный коридор и почти повернул к своему кабинету, когда краем глаза заметил знакомый силуэт у лестницы на верх. Приглядевшись, он понял, что не ошибся: по ступеням поднимался мертвенно бледный директор музея.
Сначала Ёхей хотел сразу его окликнуть, но потом решил, что лучше будет сначала подслушать, о чем директор собирается говорить с начальником управления, и в нужный момент просто войти в кабинет. Поэтому сыщик дождался, пока мужчина скроется из виду, и осторожно последовал за ним.
***
Будучи директором Императорского музея, Фуминари прекрасно знал, что истинную ценность всё приобретает лишь благодаря времени. Поэтому он крайне дорожил не только древними экспонатами, но и традициями. Так, с первых дней своего назначения, он приходил в музей рано утром, чтобы собственноручно отпереть парадный вход и двери во все залы. К приходу Фуминари работники уже должны были выстроиться в холле и ожидать его, смиренно склонив головы, и сегодняшнее утро не стало исключением.
Однако же вопреки обыкновению атмосфера царила гнетущая: работники испуганно переглядывались, стараясь скрыть дрожь в крепко сцепленных руках, а произнося приветствие сбивались и не попадали в такт между собой. Плохое предчувствие усилилось троекратно, когда старший смотритель шагнул вперёд и, не поднимая головы, запинаясь, кое-как выдавил из себя:
— Фуминари-сама, к-кажется ночью в м-музей забрался в-вор...
Директор едва не выронил саквояж.
— Вор?! — прошептал он, чувствуя, как подкашиваются ноги. — Что пропало? — спросил директор уже громче.
— М-мы не осмелились войти в зал.
— Тогда с чего вы решили, что это был вор?! — воскликнул Фуминари, почувствовав облегчение.
— Н-но... дверь в зал, в котором проводился сброс излишков магии артефактов, открыта...
— Что?! — Фуминари снова стало дурно. — Идём.
Он ринулся вглубь холла, рассекая толпу растерянных сотрудников. Старший смотритель поспешил за ним.
— Быстро закройте все витрины, — приказал Фуминари, едва переступив порог, а сам пошел к пустующему стенду.
К его ужасу, это было место злополучной чаши очищения. Какое-то время директор стоял и молча смотрел в одну точку. Тишину нарушало лишь кряхтение смотрителей, которые поднимали с пола увесистые стеклянные колпаки и накрывали ими экспонаты.
Сама мысль о том, что кто-то сумел пробраться в закрытый на все замки музей, ужасала, ведь это было невозможно! ...если только грабитель прежде не украл у него ключи. Фуминари поставил свой саквояж на стеклянный колпак пустого стенда и дрожащими руками достал шкатулку с ключами, вместе с тем судорожно перебирая в памяти, когда и как долго отсутствовал в кабинете, чтобы понять, мог ли кто-то в это время украсть ключ.
Однако открыв шкатулку Фуминари обнаружил, что всё на своих местах, но радости от этого он не испытал, ведь это значило, что кто-то умеет открывать магические замки без ключа. Прежде чем паника разрослась, директор задумался: почему вор взял именно эту чашу? Вернее, почему он взял только эту чашу? Даже в одном этом зале было достаточно маленьких лёгких предметов, которые любой охотник за наживой мог бы легко унести в одном рукаве.