— Дайте мне неделю, — помолчав, ответил Мацуда, которому явно нечего было возразить. — Держите случившееся в тайне ещё неделю, за это время я разыщу и верну вам чашу.
Фуминари смерил его суровым взглядом и, выдержав паузу, отвтеил:
— Ровно через неделю артефакт должен быть у меня. Задержитесь хоть на день — я всё расскажу полиции, от начала и до конца.
— Ровно через неделю.
Фуминари презрительно фыркнул и поспешил удалиться, оставив совершенно растерянного Мацуду в полном одиночестве размышлять о происходящем.
***
Итару тяжело опустился в гостевое кресло и откинулся на спинку. Вчера он ни за что не мог поверить словам Саэки Рио и даже разглядел неприличный умысел в её словах, однако же происшествие в музее подтверждало серьёзность этой особы. Более того, по всему выходило, что на момент беседы чаша всё ещё была в музее. То есть Саэки выкрала чашу уже после того, как сообщила ему об этом.
"Весьма дерзко," — подумал он, выпрямляясь.
Успокаивало, что, по крайней мере, Итару знал, где искать артефакт. Нужно было придумать способ убедить эту упрямицу вернуть чашу. Впрочем, Итару был уверен в своих способностях, и потому совсем скоро вернулся к своей работе, отложив решение проблемы на вечер.
***
Фуминари возвращался в музей с тяжёлым сердцем. Пусть слова Мацуды звучали твёрдо, директору не давал покоя факт уязвимости замков, которые до сих пор считались самыми надёжными. Думал он об этом и во время обеда, от чего аппетит совсем испортился, и Фуминари сдался своей тревоге: так и не притронувшись к основному блюду от шеф-повара дорого ресторана, в котором намеревался отобедать, директор нанял рикшу и отправился прямиком в полицейское управление.
Уже поднимаясь по лестнице на третий этаж, где располагался кабинет начальника, Фуминари почувствовал беспокойство, словно кто-то преследует его, но почти сразу отмахнулся от этих мыслей, сославшись на излишнюю тревогу из-за таинственного взломщика. Конечно же Фуминари не собирался рассказывать о чаше, но предупредить об опасности и попросить провести по этому поводу расследование считал своей прямой обязанностью. С этими мыслями он постучался и, попросив прощения за вторжение, скрылся за искомой дверью.
***
Поднявшийся следом Ёхей огляделся по сторонам и, убедившись, что в коридоре никого нет, прильнул ухом к двери. Фуминари долго обменивался любезностями с начальником управления. Но в момент, когда начальник пригласил гостя сесть, со стороны лестницы послышались голоса и шаги, так что сыщику пришлось резко выпрямится и постучаться. Не дожидаясь разрешения, он ворвался в кабинет.
— Прошу прощения, — бодро сказал он, закрывая за собой дверь, — я слышал, что пришёл Фуминари-сан и поспешил сюда. А! Вот и вы, директор-сан!
— Комори, у тебя какое-то дело? — перебил его начальник, одарив суровым взглядом.
— Ах, нет, ничего срочного. Просто подумал, вдруг директор-сан хотел сообщить нам что-то касательно похищенной чаши.
Последнюю фразу Ёхей сказал, пристально глядя в лицо Фуминари, который стал ещё бледнее и был вынужден достать носовой платок, чтобы утереть со лба крупные капли пота.
— Н-нет, н-не совсем... Дело в том...
— Фуминари-сан, может, вызвать лекаря? Комори, воды.
Ёхей послушно подошел к чайному столику, налил в высокий стеклянный стакан воды из хрустального кувшина и передал директору. Тот принял стакан с плохо скрываемым облегчением, и все же продолжал с опаской коситься на Ёхея.
— Право слово, Фуминари-сан, от вашего взгляда я начинаю думать, что вы меня боитесь. Разве делал я что-либо плохое по отношению к вам?
— Комори, если у тебя всё, выйди, — снова прервал его начальник.
— Но разве директор-сан пришёл сюда не по поводу расследования, которое я веду? Разве не лучше будет, если я сам расскажу, как обстоят дела? А! Или может быть, в музее случилось что-то ещё? — Ёхей использовал все свои актёрские навыки, чтобы изобразить искреннее беспокойство на лице.
— Ч-что ж... если честно... кое-что действительно произошло... — промямлил Фуминари. — Н-но Комори-сан ведь уже очень занят, разве не будет слишком утомительно решать ещё одну нашу проблему? — он постарался прикрыть своё волнение вежливой улыбкой.
— Нет-нет, что вы, это ведь моя работа в конце концов, — продолжал давить Ёхей, игнорируя гневный взгляд начальника. — Итак, что вас привело?
— Понимаете ли, дело в том, что ночью кто-то проник в музей и отпер дверь в зал, где проводился сбор излишков магической энергии артефактов, — наконец-то признался Фуминари.