агона, я оглянулась, но странного дядьки, как не бывало. Да что же это такое?! Может я просто перечитала детективов, и у меня развивается мания преследования?! Мерещится всякое! Это, наверное, от недосыпа. Ладно бы одна сверхурочная работа измотала меня, но ведь каждую ночь я вижу эти жуткие сны!Хватит, на выходные уеду в Подмосковье, проверю, как там мой дом, не снесли ли. Заодно и отдохну от суеты и шума большого города, в котором я живу уже два с половиной месяца, а все никак не привыкну. Перед моим уходом из скромной провинциальной газетенки Мария Ивановна, наша редактор, уговаривала меня остаться, предупреждая, что в столице работают настоящие акулы пера, и они сожрут меня без соли и перца. Но я должна была вырваться из сонного царства, в котором мне было невыносимо.Офисный гул собирающихся на летучку сотрудников я услышала еще на лестнице, где курили четверо корреспондентов, обсуждая будущие задания. Вся редакция кипела перед предстоящим отчетом начальству. Я пробралась к своему столу и, распечатав статью, решила поразнюхать обстановку. В открытой приемной еще никто из коллег не появлялся. Только секретарша нашего шефа что-то быстро строчила, цокая по клавиатуре маникюром.- Привет, Марина, как дела? – сунула я голову в дверной проем.- Доброе утро, Ларочка! – улыбнулась она, но тут же скисла, - ты чего такая замученная? Опять всю ночь писала? Что, решила потягаться с Прохоровым и Гориным?Я даже прыснула от смеха.- Скажешь тоже! Я же здесь без году неделя!- А я слышала, поговаривают, что шеф тебя уже давно взял и даже повышение обещал!Удивлению моему не было предела: наш коллектив мог занять первое место по сплетням!- Мне об этом ничего не известно.Но в словах Маринки было что-то, что меня зацепило. Неужели это правда, и меня зачислили в штат?! «Нет, пока рано радоваться!» - очнулась я, насторожившись. Почему это шеф не вызвал меня к себе, и сам не сообщил мне об этом? Все это было очень подозрительно.Меж тем в приемной начал собираться народ, разбившись на отдельные кучки и вполголоса жужжа на разные темы.- Смотри, Ларочка, если перейдешь дорогу Маффину, он тебя в порошок сотрет, - шепотом предупредила Маринка, косясь в сторону высокого стройного блондина, что-то рассказывающего заместителю редактора, Петру Семенычу.Опасность заиметь врага в лице Никиты Горина – спецкора газеты «Новости Москвы», мне не грозила. За его плечами уже накопился солидный опыт журналистской работы, и у него был несомненный писательский талант! При этом Никита отличался завидной целеустремленностью и пробивным характером. То есть все черты успешного журналиста имелись у него в избытке. Все ответственные интервью начальство всегда поручало ему, поэтому его статьи всегда печатались на первых страницах. А я только поступила на работу и делала робкие шаги новостника. Так что не могла составить ему конкуренцию. Напрасно Маринка стращала меня. Я не помеха Горину, да и не стремилась ею стать. Вообще, профессию журналиста я выбрала только потому что, имея на руках диплом филфака, не знала, куда податься. Писать очерки и рецензии у меня получалось довольно легко, но это было, скорее, зарабатывание денег, а не призвание. Сказать, что я себя еще не нашла, ничего не сказать. Мне все время казалось, что я занимаюсь не своим делом. Моя лучшая и единственная подруга Вика, в шутку сравнивая меня с героями Пушкина и Лермонтова, говорила, что я - лишний персонаж в романе под названием жизнь.Я бросила взгляд на белобрысого парня, а тот, словно только этого и ждал: обернулся, будто между делом на нас с Мариной и, заигрывая, подмигнул мне.Возведя глаза к небу, я отвернулась, по ходу заметив, как он, смакуя собственную неотразимость, самодовольно улыбнулся белозубой покоряющей женские сердца улыбкой.Успев покрутить романы почти со всеми представительницами прекрасного пола нашего коллектива, и разбив кучу сердец, Никита оставался любимчиком наших дам. Они, наверное, в отместку за свои несбывшиеся мечты, прилепили ему сладко-приторную кличку «Маффин».Маринка сразу сфотографировала, как местный ловелас строит мне глазки, и тихонько зашептала мне через стол:- Он, по-моему, наметил тебя в свои «жертвы», как только ты к нам пришла. Смотри, будь с ним поосторожней, он известный сердцеед, - грустно вздохнув, констатировала она, возможно, уже испытав на себе вероломство неотразимого блондина.- Ой, да мне не до него, - отмахнулась я, так же тихо. И это действительно была правда. «Чары» Горина на меня не действовали, может, поэтому я легко общалась со всеми сотрудницами нашей редакции. Они не воспринимали меня, как конкурентку. – И он не в моем вкусе.- Прошу в кабинет! – из-за двери заглушил мое последнее замечание бас шефа, как сигнал к началу рабочего дня.Наш главный редактор, лысый, тучный мужчина, разменявший шестой десяток, сидел во главе длинного «т»-образного стола, словно орел со скалы, взирая на ведущих журналистов, усаживающихся за столом. Он прошелся по основным темам предстоящих недель, раздавая задания и принимаяготовые к публикации статьи. Все младшие сотрудники печатной индустрии сидели вдоль стены, дожидаясь своей очереди. Я притулилась в уголке с папкой на коленях и все думала про того странного типа из метро. И от мысли, что после работы он может поджидать меня, по спине побежали трусливые мурашки. Я уже стала подумывать, а не переночевать ли мне сегодня у подруги, сменить маршрут, так сказать. Как вдруг услыхала свою фамилию, от чего чуть не подпрыгнула на месте, ведь шеф еще никого из корреспондентов не отпускал с заседания, как это обычно происходило, и не приступал к работе с новостниками.- Васильева, сегодня в семь вечера в гостинице «Метрополь» запланирована встреча с заместителем премьер-министра Великобритании Ричардом Девисом. Это неофициальный визит. Но он согласился дать краткие комментарии по основным важным международным проблемам. Возьмешь у него интервью. Постарайся достать побольше информации. Через час жду список вопросов.Если все это время, пока шел обычный рабочий процесс по обсуждению сделанного и поиску будущего материала, в кабинете стоял тихий гул от перешептывания сотрудников между собой, то теперь наступила абсолютная тишина. Все взоры были обращены на меня, я это физически ощущала. Чувствуя себя ужасно глупо в этот момент с красными от бессонной ночи глазами на изумленном лице, я смущенно и испуганно глядела на начальника, стараясь не моргать, внимая каждому его слову. Мне было понятно, что за такое интервью большая часть наших журналистов глотку бы перегрызла. А тут его поручают какой-то выскочке! Все были просто в шоке от того, что главный редактор собственноручно отдал (и все это осознавали) место в первой колонке стажеру.Еле дождавшись окончания заседания, я постаралась потихоньку выскользнуть из кабинета, чтобы поскорее приступить к ответственному поручению. Но остаться незамеченной, когда твое имя носиться по всей редакции, было нереально. И я совсем не удивилась, почувствовав рядом знакомый парфюм.- И что это было?! – раздалось у меня над головой, когда я наметила добрую часть вопросов для будущего интервью.Мне необязательно было смотреть, кто это возмущается, Ведь Маринка уже предупредила меня о страшных последствиях, если я посмею перейти дорогу Маффину.- Я не понимаю, о чем ты, - спокойно ответила я, не отрываясь от работы.- Все ты понимаешь! – раздраженно рявкнул Горин. – Кто ты такая, что шеф преподносит тебе на блюдечке с голубой каемочкой это интервью?!Для меня это тоже была загадка, причем по обоим пунктам.- Думаю, он увидел во мне потенциал, - ответила я, только чтобы Маффин отстал.Но он презрительно фыркнул:- Значит, лизать задницу начальству – это теперь именуется потенциалом! Что ж, ясно. А, может, ты его еще чем-то радуешь?!Я чуть со стула не упала от подобных предположений в свой адрес. Его мерзкие намеки меня взбесили, и я со злостью бросила ему в лицо:- В этом деле у меня совсем нет опыта. Может, поделишься?Лицо Горина стало красным, как кумач, ведь он привык, что все женщины в офисе и не только там перед ним млеют и лебезят. И не ожидал, что ему заплатят его же монетой.- Готовься к войне, Васильева! Я так просто не сдамся!Он круто развернулся и утопал в свой личный кабинет. А я осталась гадать, что за месть он изобретет.В 17.00 я уже ехала домой, чтобы подготовиться ко встрече с дипломатом. Вспоминая сегодняшнее утро, я снова и снова гадала о тех неведомых причинах, побудивших начальство доверить мне столь серьезное дело. А потом перед глазами встало разъяренное лицо Горина.Когда я только пришла в редакцию работать, он и ко мне пробовал подбивать клинья. Но я не реагировала на эти подкаты, да и не до них мне было тогда... Наверное, прошло 4 месяца с тех пор, как я выписалась из больницы, куда попала после той жуткой аварии. Когда я очнулась в реанимации, доктор сообщил, что у меня черепно-мозговая травма и трещина в руке, помимо мелких ушибов и ссадин. Что произошло, я не помнила, так же, как и кто я такая. Чуть позже мне рассказали, что водитель-дальнобойщик уснул за рулем фуры и, влетев в автобусную остановку, сбил на смерь четырех человек: двух женщин, подростка и старика. Меня чудом задело вскользь.Я очень быстро выздоравливала, даже врачи удивлялись, словно заговоренная! А вот память... В голове моей была каша из каких-то фрагментов и непонятных слов. Врачи надеялись, что объявятся м