Лазар опустил голову, было видно, что теперь он раскаивался в содеянном. Бэрс ушел на кухню поговорить с Гэрисом, который так и не выходил оттуда. Я на цыпочках прошла по коридору и из кухни услышала их разговор.
— Я отведу арестованного в "Посольство", а ты проводи Солари в гостиницу. Никуда не выпускай из номера, свяжи, если понадобиться.
Рис что-то тихо ответил ему, но я не разобрала. Зато ответ Бэрса было даже очень слышно:
— Да, она такая: себе на уме! Я сам, порой, не пойму, что творится в ее голове! Но нам и более непредсказуемые свидетели попадались! Но не дави на нее, а то мы потом с ней совсем не сладим. А у нас еще два дела не раскрыты до конца.
Слова Маруна были для меня, как пощечины. И они привели меня в чувство. "Что ж, дело, есть дело! Постараюсь больше «не откалывать» номера, но и миндальничать с детективами больше не буду!" — с такими мыслями я вернулась в комнату и, взяв сумку с одеждой, вошла на кухню.
— Пошли, — обратилась я к Гэрису, — отконвоируешь меня в гостиницу. Можешь расслабиться, не сбегу, — зло добавила я.
Он растерянно посмотрел на меня, не зная, что сказать. А Бэрс, повернувшись к другу, картинно повел бровями, мол, я же тебе говорил!
Мы вошли в мой номер уже за полночь. Не обращая внимания на Гэриса, я достала из сумки чистый сарафан и ушла в ванную. Стоя под душем, я придумывала, что сейчас выскажу ему.
Тщательно расчесав высушенные феном волосы, я вышла из ванной. Как пользоваться парадоксом, вызывающим ветер, я вспомнила уже давно, но под монотонное гудение электроприбора мысли приходили в порядок, подбирались верные слова, передающие все мои чувства. Собравшись с духом, я решительно вошла в комнату. Но резко остановилась, так и не начав заготовленную речь. В кресле возле моей кровати дремал Гэрис. Будить его для серьезных объяснений, у меня не поднялась рука. Я содрала со своей кровати покрывало и укрыла его. А сама залезла под одеяло и тут же провалилась в сон.
В дверь стучали, а я никак не хотела просыпаться. Но поднявшись, увидела, что Гэриса в комнате уже не было. Я открыла. На пороге стояла горничная, спросив, нужна ли мне уборка. Отослав ее, я залезла под одеяло и решила, что до самого вечера ни за что не вылезу. Но похоже, моим планам не суждено было сбыться. В моей сумке трезвонил мобильник. Пришлось вставать. Даже не глянув, кто звонит, я поднесла телефон к уху:
— Ларка, привет! — раздался в трубке веселый голос Вики. — Мне вчера вечером Сэм сказал, что вы у нас в гостях. Это надо отметить!
— Ой, Вика, привет! Но знаешь, мы же здесь по делу, — притормозила я подругу.
— Да, знаю. Сэм говорил. Ничего, отдыхать тоже надо. Сегодня Сэм за вами в гостиницу машину пришлет.
— Вика, у нас на семь вечера назначена встреча с Ричардом Дэвисом в ресторане "Престиж", — предупредила я.
— Отлично, значит и мы туда подъедем. Тогда, до вечера! — и Вика отключилась.
Закинув телефон обратно в сумочку, мне под руку попалась пачка еще непрочитанных писем. Я залезла под одеяло и развернула письмо Коригана. Мне на колени из конверта выпал листок, весь исчерченный схемами и стрелочками. В нем Кори дал подробную расшифровку древнего ритуала открывания междумирных "дверей". Чем больше я вчитывалась в описание магических пассов и заклинаний, тем больше осознавала, что брат действительно смог разгадать секрет забытого обряда. Конечный этап открытия звездного перехода в любой из миров, мне показался особенно простым, даже наивным, но зато весьма логичным. "Дверь" нужно было просто нарисовать. С обратной стороны листка мелким шрифтом были написаны примечания к обряду. Я уже начала их разбирать, как ко мне в номер опять постучали. Мне пришла в голову мысль, что если не открою, то горничная уйдет.
Развернув письмо, я замерла. Кори помимо прочих разглагольствований на тему "соединения не соединяемого" (ох, уж этот изобретатель!) может в шутку, а может серьезно, составил "рецепт", в котором "смешивались" свойства таких "ингредиентов", как ветер, вода, огонь, земля, любовь, ненависть, дружба, радость и горе. Соединив эти "вещества", можно было получить "напиток жизни".