— Но зачем ему это? — спросил Дэвис, немного сбитый с толку.
— Вы представляете, что сможет сделать с вашим миром, простите Сэм, самый сильный маг из всех? И никто не придет к вам на помощь!
Дэвис сглотнул, уставившись на меня округлившимися глазами. Бэрс и Гэрис смотрели на меня с тревогой и восторгом.
— О, боже! — воскликнула молчавшая до этого Вика, и зажала рот рукой.
Только Сэм остался неколебим.
— Что ж, — спокойно произнес он, — теперь, когда мы знаем его планы, нужно обсудить наши.
Мы долго во всех подробностях разрабатывали линию защиты архива Сэма. Завершив наше собрание, сервер отпустил Дэвиса.
— Значит, мы договорились, Ричард, — произнес на прощание он, — я очень рассчитываю на вас.
— Да, сэр, — Дэвис кивнул и на прощание, пожав мужчинам руки, поцеловал руку у меня и у Вики. — До встречи, господа.
Проводив его глазами, мы молча смотрели друг на друга, переваривая обсуждаемую стратегию. Наступила неудобная пауза, которую первой нарушила моя подруга, решительно обратившись ко мне и сменив тему разговора:
— Ларка, ты осталась верной себе! — весело защебетала Вика, — то с одним кавалером завалилась ко мне тогда ночью, а теперь уже с двумя гуляешь!
Мужчины за столом засмеялись, а я обиженно буркнула:
— Я не гуляю, они меня стерегут, чтобы я не убежала!
Теперь и Вика ухахатывалась вместе с парнями.
— Так, подруга, — начала она прокурорским тоном, — ты решила выйти сухой из воды.
— А что? — насторожилась я, не понимая к чему она клонит.
— Твое счастье, что у меня хорошая память! — похвалилась подружка, — Думаешь, я забыла, что у тебя завтра день рождения?
Сэм улыбнулся, нежно глядя на свою девушку. А Гэрис удивленно уставился на меня, будто я совершила что-то из ряда вон, и вот теперь попалась. И только один Марун воспринял эту новость с каким-то задумчиво-загадочным видом.
— А, точно, завтра же пятое… — вспомнила я, совершенно запутавшись в хронологии дней.
— Я-то думал, что ты специально решила не говорить об этом, чтобы увильнуть. — упрекнул меня детектив, улыбаясь лисьим прищуром.
— Ничего я не скрывала, просто со всеми этими расследованиями из головы вылетело, — попыталась оправдаться я. И поняла, что Бэрс, оказывается, все это время помнил о моем дне рождения и лишь ждал, когда моя подруга об этом заговорит.
Вика вытаращила на меня глаза.
— Да, ты, вообще, заработалась! Где будем праздновать?
Ее вопрос поставил меня в тупик.
— Я как-то не думала об этом, если честно, — промямлила я, — а что, это обязательно? Может зайдем в кафе, поедим тортик с чаем. — скромно предложила я, но уже по одному Викиному взгляду почуяла, что она от меня не отстанет.
— Чай с тортиком? Мы, что, в детском саду? — возмутилась подруга и парни поддержали ее (вот предатели!) дружными высказываниями о том, что я такая коварная, скрывала, что душа требует праздника и что одним тортиком я, точно, не отделаюсь.
Не зная, где искать спасения от напавшей на меня компании, я поглядела на Сэма, как на лицо, сохраняющее нейтралитет. Но вместо руки помощи, он весело предложил:
— Поехали сейчас ко мне. Переночуете, а завтра будем праздновать!
— Как, Сэм, и вы туда же? — тихо упрекнула я его, пока Вика с парнями громко обсуждали завтрашнее мероприятие.
— Солари, моя жизнь и так состоит из одних обязанностей. Я тоже хочу праздник вместе с друзьями, которых у меня из-за моей должности очень мало. Поэтому я дорожу каждым из них. Вы моя гостья, так что отказа я не приму!
Вот так я оказалась гостьей на собственной днюхе! Бывает же такое — парадокс!
Наш ужин прошел за очень веселыми разговорами. Вика взахлеб рассказывала о поездке в Италию вместе с Сэмом. Она красочно описывала природу, архитектуру и особенности культуры итальянцев. Ее повествование, похоже, заинтересовало и Гэриса, потому что он часто задавал ей вопросы, услышав непонятные слова, связанные с этим новым загадочным миром технологий и научных открытий. Подруга, нашедшая себе благодарного слушателя в лице Риса, увлеченно расписывала ему, как и что устроено в той или иной стране Эгоцентриума. Я лишь слегка поясняла ее слова Гэрису, переводя их в более доступную форму. И сама удивлялась техническим новшествам, поскольку, благодаря моему отцу, знала только историю некоторых стран этого мира.
Пока мы шумно обсуждали Эгоцентриум, Сэм с Маруном вели спокойную, но не менее интересную беседу. Их тихий разговор привлек мое внимание, когда они стали обсуждать серверов.
Оказывается, верховные маги выбирались из судей общим голосованием, могли переходить из одного мира в другой и жить там без временных ограничений. Сэм сказал, что он самый молодой сервер за последние три тысячи лет.
— А для чего им переходить в другие миры? — поинтересовался Марун.
— Я несколько раз обращался за советом к своим более опытным коллегам. Ведь я не имею права на ошибку, так как от моих действий зависит судьба цивилизации. Такая ответственность заставляет быть очень осторожным. — объяснил он.
— То есть все серверы общаются между собой?! — удивился детектив. Сэм утвердительно закивал головой и уточнил:
— Но только в исключительных случаях, потому что покидать надолго свой мир мы не имеем права. Вдруг что случиться за наше отсутствие.
Я вполуха слушала их разговор сквозь оживленную болтовню Вики и Гэриса, с которым моя подруга теперь обсуждала меня.
Многозначительно изогнув бровь, и с интересом сверкнув на меня глазами, Рис спросил:
— Говорят, что о человеке можно судить по его друзьям. Вика, а кем вы работаете?
— Я — патологоанатом, — удивила она его.
Гэрис недоумевая переводил взгляд с нее на меня. А потом с улыбкой сказал:
— Теперь я начинаю понимать Солари. Два медицинских работника нашли общий язык.
— Когда мы познакомились, Рис, я думала, что я журналист, — пришлось напомнить ему.
— Но ведь на подсознательном уровне ты чувствовала в чем твое истинное призвание, — он глядел на меня так, словно насквозь прошил.
— Да, — согласилась я, не уточняя, что правду о себе узнала лишь благодаря Маруну. И отвела глаза.