– Знаю, Шипучка, бытует мнение, что громадной тачкой мужик компенсирует мизерный размер хуя. Но ты-то, блять, знаешь, что в моем случае хуй и тачка прямо пропорциональны друг другу.
Ответом Стасу служат мои закатанные глаза.
– Реально предпочитаешь сесть за руль пьяным и разъебать нас, а не пустить меня?
– Конечно. Еще спрашиваешь!
Мне кажется, что даже на байке было бы не так стремно ехать. Стас преднамеренно пугает меня огромной скоростью и рискованными разворотами. Несколько раз прощаюсь с жизнью, несколько десятков раз ору на него матом. Выхожу из машины с наэлектризованными нервами и ужасной прической.
– Купил квартиру в этой высотке?
– Ага. Дорогая просто пизда, но я предпочитаю все лучшее. Знаешь, Шипучка, а годы тебя не пощадили.
– Что, прости?
– Ну не девочка уже. Постарела чутка.
– Серьезно, блять? Нормально я выгляжу! Себя в зеркало видел? Я хоть на свой возраст, а ты на ебаный сорокет. Видимо, бухал и ставился не просыхая!
– Мужику возраст к лицу, это тебе не баба с морщинами. И, кстати, спасибо за комплимент. Я-то знаю, что тебя всегда возбуждали мужики постарше.
– Нет у меня ебучих морщин! – визжу я.
– Ладно-ладно, нет. Только не шипи, Шипучка.
Заставляю себя выдохнуть и осмотреться. Современное здание из черного стекла удивляет не меньше, чем дорогая машина Стаса. Не сложно прикинуть и сделать вывод, что его доход не в разы, а в сотни раз больше моего. Внутри все черное и ультра-современное. Брутальность с космическими элементами и многоуровневой бело-красной подсветкой. Квартира просто огромная, еще и панорамные окна, стены с отделкой под настоящие скалы. Пока рассматриваю гостиную с угловым кожаным диваном и изогнутым экраном в полстены, Стас усаживается на пол у журнального столика и катает самокрутки из стодолларовых купюр.
– Стас, что ты делаешь?
– Косячки.
– Травка? Да ну нахуй, я не буду.
– Шипучка, с каких пор ты отказываешься от хорошей травки?
– Теперь все иначе, у меня другой образ жизни, нормальный. Я не курю травку и вообще не курю уже десять лет.
– Оно и видно, – кривит губы Стас. – Курила бы и выглядела получше к своим тридцати пяти.
– Мне тридцать два!
– Нервные клетки не восстанавливаются, так что не кипишуй, старушка.
– Еще один ебаный раз скажешь, что я старая, и я расцарапаю тебе ебало! – ору я и впиваюсь ногтями в свои же ладони.
– Договорились, – подмигивает Стас и протягивает самокрутку.
Он меня довел настолько, что я хочу вдохнуть наркотический дым. Беру косяк и жду, когда же Стас поднесет зажигалку. Он не подносит, а держит огонек у своего лица. Улыбаюсь и сама подхожу ближе. Это была наша традиция: закуривать одновременно, чуть ли не соприкасаясь лицами. Тихонько втягиваю дым и смотрю на него. Стас изменился сильнее за эти годы, но только внешне. Его глаза все также пылают, поэтому другие изменения неразличимы.
Усаживаюсь на диван и курю, запрокинув голову. Стас сидит где-то рядом и курит в мою сторону. Видимо, старается, чтобы мне первой рубануло переключатель в голове.
– Набил новые татухи? – спрашиваю, повернув к нему голову.
– Всего пять, остальное коррекция.
У Стаса их несколько десятков, и почти все я видела не раз. Он показывает только новые, удивительно, что их нет на жопе и паху. Стас остается сидеть с голым торсом, а я уже чувствую, как плывут мозги.
– Ну, что, Шипучка, качнешь за свою жизнь?
– Я заебалась, – говорю на выдохе.
– Ну, Шипучечка, хочешь, я тебе даже ножки пожмякаю?
Не успеваю ничего ответить, как Стас тянет мои ступни к себе и правда массирует.
– Иногда мне кажется, что я участвую в крысиных бегах, несусь, сама не понимая куда. Работаешь-работаешь, чтобы отдохнуть, а когда отдыхаешь, думаешь о работе, которую скоро опять нужно будет работать. Дома тоже куча всякого говна, которое нужно решать. И решать это всегда нужно мне, мне, блять. Костя нихуя не хочет делить ответственность пополам. Ему удобно жить, как он привык, и похуй, что наше взаимодействие уже называется семьей. И с сыном в последнее время дерьмовые отношения. С Костей он ведет себя лучше, у них общие интересы. Я же тупо тиранша-мамаша, которая вечно заставляет что-то их двоих делать, устанавливает правила. Матвей все чаще мне хамит, и кажется, что вообще не уважает.
– Ну так отпизди, в чем проблема? – прыскает от смеха Стас.
– Нельзя бить детей, Стас.
– Нельзя, когда он уже выше тебя ростом, там, блять, реально опасно. У тебя еще малой, так что все можно.