Тем вечером собрались не у Стаса. Тим, относительно популярный паренек второкурсник, организовал свою тусовку, куда, конечно, позвал Бласта, но уже месяц Бласт появлялся исключительно в компании Шипучки. Шипучки только для него, разумеется. Долго играли в мафию, и я опять проиграла. Стаса я обыграла всего раз. Как бы не старалась, триумф повторить не удавалось. Или выигрывал он, или выигрывали вдвоем, если были на одной стороне. Третьего варианта не было.
– Зацените, какую херь ядреную купили. Хер кто сожрет одну штуку целиком! – орал Ден.
– Что за хуйня? – поинтересовался Стас, приподняв бровь.
– Халапеньо. Перец, пиздец, острый. Фонарь взял, чтобы в пиццу кинуть. Мы тут такую жрачку на выходных мутили, что отвал всего. Сожрешь, Бласт, кусочек?
Стас любил всю самую непонятную хрень, он лез в любые дурацкие затеи, поэтому принял банку и прямо пальцами зацепил зеленый кружок перца. В рот кружочек он закинул даже эротично, но почти сразу скривился и чуть не сломал мне колени, рванув к бутылке с водой.
– Блять! Блять! Пиздец какой! – сделав пару глотков, он крикнул еще громче. – Бля, воду же не пьют, когда остро. Еще хуже стало. Выкинь ты эту хуйню. Я тоже брал охуенные бургеры с халапухой, но нихуя не палила как эта.
Остальные лишь понюхали, кто-то лизнул палец, макнув в рассол. Насколько идиотским был поступок Стаса, когда он самонадеянно забросил весь кружок в рот? Определенно менее идиотский, чем мой. Я видела, как его скрючило, но забрала банку и взяла такой же. В оправдание могу сказать, что хотела есть.
– Остро, конечно, но пойдет, – сказала я, потянувшись за вторым.
– Шипучка, блять, выплюнь!
Я ела уже третью, мне даже нравился пожар в животе и онемение ротовой полости.
– Катюшка, правда, вкусненько? – смеялся Ден.
Я показала большой палец и продолжила. То, что я нашла хоть какую-то еду на таком сборище, меня приятно удивило. Стаса происходящее удивило не приятно, он потянулся за моей банкой, а я показала ему средний палец и отползла в уголок кровати.
– Шипучка, отдай эту хуйню. Такое есть нельзя!
– Иди-ка, Стас, нахуй. Я хочу жрать!
– Отдай ебаную банку!
– Хлебани рассольчика, еще, – смеялся парень с кличкой Фонарь.
– Завали ебало. Шипучка себе горло к хуям спалит! – возмущался Стас.
Я хлебанула и сморщилась. Стас смотрел на меня с открытым ртом.
– Ну как? – спросил Фонарь.
– Норм, еще бы закусить чем.
– Хлеба дать?
– Давай и побольше.
Обзавестись и двумя овалами серого хлеба было высшей удачей. Так я и пожирала халапеньо вприкуску с хлебом. От голода казалось, что вкуснее еды не существует.
– Что ты творишь, Шипучка? Если захотела пожрать, необязательно же жрать эту хуйню!
– А что мне жрать? Я проебала все деньги, стипуха только завтра. Сегодня я ела всего раз. Халапеньо с хлебом – отличный ужин!
– Утром ты обосрешься от такого ужина.
– Так это будет утром, сейчас хоть не будет крутить живот от голода. Я туфли купила, – я пихнула коленом Стаса в бок. – Охуительные черные туфли: каблучины огромные, сами замшевые. В них фотку выставила сегодня. Видел?
– Видел.
– Ну вот, выбрала туфли и поголодать денек. Крутые, правда?
– Пиздатые туфли. Так надо было на них и скакать на блядки, чтобы мужик покормил.
– Ну не вышло сегодня.
– Давай я тебе завтра полный ассортимент пицц закажу, будешь весь день жрать. Хоть я покормлю. Оки?
– С рыбами всякими можно не заказывать, я такое в пицце не люблю.
– А халапеньо ебаный ты любишь?!
С каменным лицом показала Стасу средний палец и продолжила свою трапезу. У Стаса разрядился телефон, и он долго искал зарядное на свой крутой айфон. В это время я поужинала и делала вид, что заснула, ну или умерла.
– Бласт, уже неделю не было фирменных танцев! – закричала Ксюша, девочка с пирсингом.
– Реально. Ну-ка зажги танцпол!
Его упрашивали все присутствующие. Я знала, что намечается, поэтому закрутилась в покрывало в надежде, что меня не заметят.
– Танцы, значит? – раздумывал Стас. – Музло на полную и партнершу мне кто-нибудь за ногу стащите.
– Я не буду! – заорала я, высунув из-под одеяла фак. – Стас, отъебись!
Меня реально потащили за ноги непонятные люди, а я завизжала и уцепилась в изголовье кровати.