– Где Матвей? – спрашиваю у Кости, который попивает кофе в кресле.
– Его пригласил Боря к себе в гости с ночевкой. Не мог тебе дозвониться, поэтому разрешил. Я говорил с его мамой по телефону, она подтвердила, что заберет их двоих из школы.
– Значит, так, да?
– Да, – Костя отвечает нормально, видимо, не различил мой сарказм. – Кстати, его нужно будет забрать в девять утра. У Бори тренировка, так что подбросить Матвея домой у них не получится.
– Ну так забери.
– Катя, я не могу, у меня конференция. А еще я хотел тебя попросить пересмотреть документы по лизингу, который мы оформили на меня. Мне пришло уведомление об изменении процентной ставки. Ты же во всем этом разберешься, да?
– Хуй на! Как же меня это все заебало! – не то истерический смех, не то плач вырывается из глотки.
– Катя, что с тобой? – таращится на меня мой муж.
– То, блять! То, что вы с Матвеем одинаково ловко уселись ко мне на шею! Для него я прислуга, личный водитель и организатор активности, для тебя ебаный органайзер! Творишь какую-то хуйню, а я вечно разгребаю! Какие нахуй ночевки? Какого хуя я должна вставать в полвосьмого и ебашить за город в свой выходной? Какой нахуй лизинг?!
Впервые за десять лет отношений я ору на Костю матом. До этого момента у нас была до ужаса конструктивная беседа. Мы говорили заумными фразами, что-то выписывали на листки, считали и анализировали. Казалось, что помогало. На самом деле полегчало мне только сейчас, когда он растерянно захлопал глазами, а я выдохнула.
– Катя, у тебя серьезные проблемы на работе?
– У меня серьезные проблемы по жизни! Ненавижу эту жизнь! Я заебалась тащить все на себе! Ковыряться в бабле, строить серьезные планы и подтирать тебе жопу! Ты, блять, хоть что-то сам сделать в состоянии?! Лизинг оформлен на тебя, пиздуй и разбирайся в бумажках! Мое время и возможности не резиновые, блять! Я хочу хотя бы немного времени тратить на себя! Тупо нихуя не делать и отдыхать! Не работать, чтобы на ебучие Мальдивы наскрести, не готовить охуенные блюда, которые никто не жрет, потому что в макдаке вкуснее, не слушать миллиард просьб от сына и ни одного хорошего слова! И не ебаться по двадцать минут по расписанию! Я хочу нормальной, сука, жизни!
Я высказываю все, что копилось по незаметным капелькам. Отпускает. Действительно, отпускает, и я жду, пойдет ли Костя в наступление или выберет тактику оправдания и защиты.
– Кать, кажется, у тебя нервный срыв. Принести валерьянку?
– Да пошел ты нахуй со своей валерьянкой!
Я сбегаю на улицу, хлопнув дверью. Сажусь на скамейку у детской площадки и жалею, что в моей сумочке уже как десять лет нет сигарет. В какой момент я стала ей? Перегоревшей спичкой? Я ведь верила, что смысл жизни в пылании. Какая разница, что вокруг, когда ты горишь изнутри? Может, я сломалась, когда впервые репетировала перед зеркалом улыбку для общения с клиентами? Или когда задумалась, достаточно ли мой костюм солидный? Может, когда выбирала мужа на перспективу, а не того, кто будет подпаливать прямо сейчас?
Давно воняю дымом, хоть не курю, он тянется от меня, как из вонючей лампадки. Не удивительно, что еретиков раньше жгли на кострах. Должны клубиться дымом те, кто предал свою веру.
Смотрю в экран телефона и сразу же среди однотипных рабочих сообщений в глаза бросается одно. Открываю сообщение от Стаса, оно пришло около часа назад.
– Опции: курнуть, бухнуть, потрахаться. Выбирай, что по твоей Шипучьей душе, и пригоняй. Я жду.
Смеюсь в себя, хотя только что хотелось плакать. Что бы я выбрала из предложенных опций? Все. Мне нужно вылечиться от страшной болезни, развеять плотный дым в легких. Лечу к Стасу, выдавливая педаль до предела, не позволяя себе думать, о том, что лекарства у него никогда и не было. Это он забил мой дымоход собой. Он – зло, а не спасение. Если бы еще этого осознания хватало, чтобы не тянуться к нему.
Дверь в черную квартиру открыта. Вхожу и осматриваюсь.
– Стас! – кричу, но отдаленная музыка глушит мой крик.
Это мрачный не слишком ревущий рок, и, кажется, он доносится из спальни. Красиво переставляю свои ножки на каблучках вдоль коридора. Перед тем, как заглянуть, поправляю джинсы на талии. На мне сегодня любимая черная блузка с объемными рукавами и огромным треугольным разрезом на спине. Хочу вернуть хоть крохи прежней уверенности, перед тем как войду в ловушку, в итоге даже их теряю.