— Это… необычно, — в конце концов выдавила она, — дело в том…
— В чем? - Я начала терять терпение.
Почему никто в чертовом университете не мог говорить прямо, как будто мы были в дешевом сериале по тайные общества и заговоры. Привет, Сабрина Спеллман!
— В этой башне никто не живет. Возможно, тут какая-то ошибка. Но ты не переживай! Я могу попросить дать тебе другую башню с очень хорошей комнатой, — уже более уверенно произнесла она.
— Нет.
— Прости?
— Очень вряд ли. К официальным документам у меня больше доверия. К тому же, теперь я крайне заинтригована башней Макалистер, - просто пожимаю плечами.
Первое знакомство в университете явно не задалось. Уж слишком настойчива была эта Даймонд. Кто вообще называет так детей? Наверняка у нее была подруга Кристалл, кузина Руби и соседка Перл.
Где-то вдалеке послышались шаги, а за ними — и веселые голоса, явно принадлежавшие двум парням.
— Малышка Ди, вот ты где! Мы же обычно не ходим сюда по вторникам…
Из-за угла показались два парня, которые тут же нас заметили. Оба были одеты в неброскую одежду, больше напоминавшую форму какого-то элитного пансионата. Высокий с медно-каштановыми волосами и стройный русый. Высокомерный взгляд со смешинками в глазах и внимательный открытый с каплей недоумения. Они хорошо сюда вписывались, чего нельзя было сказать обо мне. Готова была поспорить, что каждый здесь знал свое место, предназначение и будущее. Чего также нельзя было сказать обо мне: потерянная девочка не в силах найти свое место в семье, предназначение в родном городе и не знающая ничего о своем прошлом. Хороший был у меня багаж.
Глядя на начищенные лаковые туфли, белоснежные Маккуины и классические балетки от Шанель, я старалась не думать о своем внешнем виде: о небрежном хвостике, старых Найк данках и джинсах с распродажи. Возможно, мне все же здесь не место.
— Интересненько, уже завербовала себе новенькую? — Подал голос первый парень.
Я невольно изобразила на лице гримасу, что не оставили без внимания.
— Вал, будем знакомы, — когда не получила ответ, я продолжила, — ваша очередь представиться.
Когда я поняла, что творила, оказалось уже слишком поздно. Тот, что повыше снисходительно улыбнулся.
— Давненько нас не просили представиться, да? Не будем отказывать даме.
— Почему бы и нет, — загадочно произнес второй молодой человек, — Адриан Борджиа и Теодор Тюрен к вашим услугам, мадмуазель Макалистер.
Я недоверчиво подняла бровь, на что Теодор издал сдавленный смешок и делает жест «неужели вам не очевидно?»:
— Копия папаши, да и Афродита плакать перестала, все идет в точности, как мы думали, — многозначительно поглядывая на меня, выдал он.
Мама учила меня оставлять все непонятное дерьмо на потом. Скажем так, эту информацию я отправила в секцию «Дерьмо, над которым надо еще предстоит поразмыслить».
А сейчас было бы неплохо найти все-таки свою комнату и забыть последние полчаса. По крайней мере до тех пор, пока я как следует не выспалась бы. Поэтому я проигнорировала голоса новых знакомых и открыла на своем телефоне приложение университета в надежде найти там карту кампуса. И — О, чудо! — это сработало. В самом деле, башня Макалистер была отмечена серым, а при нажатии на нее всплыла табличка:
«Здание закрыто на реставрацию. Доступ одобрен: Скачать файл»
Удивительно и интригующе. Я игнорировала табличку и строю маршрут.
«Подождите, операция выполняется…»
«Проверка прошла успешно. Добро пожаловать домой, госпожа Макария!»
«Маршрут построен: Через 20 метров поверните направо к лестнице»
Удивительно, как все здесь были помешаны на греческой мифологии. Необходимо разобраться с этим, как только удастся хорошенько отоспаться в новой комнате.
Не обращая никакого внимания на внезапно завязавшийся у местных студентов спор, я тихо прошла мимо них и исчезла сразу за поворотом. Радость от того, что мне удалось так просто от них оторваться, сменилась восхищение и благоговение перед открывшимся мне видом. Очевидно, вот она причина, почему это крыло закрыто от любопытных студентов, — огромная дыра в каменной стене; а прямо за ней находится причина моего восторга — чудесный в своей запущенности заросший сад: доживающие последние дни цветы, удушливо обвитые сорняками, пожухлая высокая трава, кусты, месяцами — если не годами — не видевшие рук садовников, и грозные могучие деревья, охраняющие покой умирающего сада. Внутри кирпичных стен и каменной кладки, под самым носом у воплощения богатства и роскоши нечто настолько правильное и неправильное одновременно. Этого места давно не касалась рука человека, здесь господствует жестокая и справедливая природа, уничтожающая свои творения, когда они становятся слишком слабы, чтобы дать отпор. Потрясающее место.