— Порой мне кажется, он заходит чересчур далеко, — рассмеялся ван Риберг. — Вам когда-нибудь удавалось обнаружить, что он чего-то не знает?
— О да, и не раз — но это касается лишь несущественных вещей. Если рассматривать его знания по отдельности, не думаю, что они слишком превосходят человеческие. Но думаю, нет человека, который способен в одиночку знать столько же, сколько он.
— Это я примерно уже понял, — согласился ван Риберг. — Мы можем спорить о Кареллене битый час, но в конце концов придем все к тому же вопросу — почему, черт побери, он никому не показывается? Пока он этого не сделает, я так и буду строить теории, а Лига Свободы — протестовать.
С воинственным видом он поднял взгляд к потолку.
— Однажды темной ночью, господин Попечитель, я подлечу на ракете к вашему кораблю и заберусь через черный ход с фотокамерой. Вот это будет сенсация!
Если Кареллен их и слушал, то ничем этого не показал. Впрочем, он никогда ничего не показывал.
Стормгрен проснулся в полной темноте. Несколько мгновений он был чересчур сонным, чтобы осознать, насколько это странно. Окончательно придя в себя, он резко сел и попытался нашарить выключатель рядом с кроватью.
Рука его наткнулась на холодную каменную стену. От неожиданности он на миг замер, потом встал на колени и начал исследовать кончиками пальцев пугающе незнакомую стену.
Через секунду внезапно раздался щелчок, и часть стены отошла в сторону. Он успел заметить человеческий силуэт на слабо освещенном фоне, затем дверь снова закрылась, и вернулась темнота. Все произошло так быстро, что он совсем не успел разглядеть помещение, в котором находится.
Еще через миг его ослепил свет мощного электрического фонаря. Луч на несколько секунд задержался на его лице, а затем осветил всю кровать — которая, как он теперь видел, представляла собой всего лишь матрас, постеленный поверх грубых досок.
Из темноты к нему обратился негромкий голос — на прекрасном английском, но с легким акцентом, который Стормгрен определил не сразу.
— Хорошо, что вы проснулись, господин секретарь. Надеюсь, вы хорошо себя чувствуете.
Вопли возмущения застыли на губах. Вглядываясь в темноту, он спокойно ответил:
— Как долго я был без сознания?
— Несколько дней. Нам обещали, что никаких последствий не будет. Рад, что это и в самом деле так.
Отчасти чтобы выиграть время, отчасти чтобы проверить, как его слушается тело, Стормгрен спустил ноги с кровати. На нем до сих пор была пижама, но сильно помятая и основательно испачканная. Голова немного закружилась — это не причиняло особого беспокойства, но красноречиво свидетельствовало, что его действительно накачали снотворным.
Овал света скользнул по стенам комнаты, и Стормгрен впервые смог оценить ее размеры. Он понял, что находится под землей, возможно на большой глубине. Если он был без сознания несколько дней, значит, мог сейчас находиться в любой точке Земли.
Фонарь осветил груду одежды, брошенной поверх чемодана.
— Этого вам будет достаточно, — сказал голос из темноты. — Со стиркой тут проблемы, так что мы захватили пару ваших костюмов и полдюжины рубашек.
— Весьма предусмотрительно с вашей стороны, — без доли юмора ответил Стормгрен.
— Прошу извинить за отсутствие мебели и электрического освещения. В некоторых отношениях это место достаточно удобно, но с комфортом тут не очень.
— Удобно для чего? — спросил Стормгрен, надевая рубашку. Кожа ощутила знакомую ткань, что странным образом придало ему уверенности.
— Просто удобно. И кстати, поскольку нам немало времени предстоит провести вместе, можете звать меня Джо.
— Несмотря на вашу национальность, — ответил Стормгрен, — я все же думаю, что сумею произнести ваше настоящее имя. Вряд ли оно окажется сложнее многих финских.
Последовала короткая пауза, и свет на секунду мигнул.
— Что ж, мне следовало этого ожидать, — покорно сказал Джо. — Вероятно, у вас очень большая практика подобного рода.
— Полезное хобби для человека моего положения. Думаю, вы родились в Польше и научились английскому в Британии во время войны. Могу предположить, что вы какое-то время прожили в Шотландии, — судя по тому, как вы произносите звук «р».
— Что ж, на этом и закончим, — решительно ответил собеседник. — А так как вы, похоже, оделись — прошу.
Стены вокруг местами были выложены кирпичом, но в основном состояли из голого камня. Стормгрен понял, что находится в какой-то заброшенной шахте; более подходящего места для темницы нельзя было и представить. До сих пор мысль, что его похитили, отчего-то не слишком беспокоила. Думалось, что Попечитель, располагая огромными ресурсами, вскоре найдет его и спасет. Теперь же он уже не был настолько в этом уверен — даже возможности Кареллена имели границы, а если Стормгрена действительно запрятали под землю на каком-то далеком континенте, вся наука Властелинов могла оказаться не в силах его разыскать.