Признаться, мне было очень сложно идти вновь на встречу к ней, учитывая все, что произошло ранее и в целом с ней в этом мире. Но выбор у меня был не велик — сидеть каждый вечер в своем тухлом отеле после работы, изредка наведываясь в бар в ожидании того, что я вновь смогу поймать тот таинственный портал, или попытаться занять себя чем-то на самом деле серьезным и важным. Выбор был очевиден. Я попытался взять себя в руки и собраться с силами. Вечер после работы обещал быть непростым.
Проснувшись утром, я был, мягко говоря, разбит. Не выспавшись ночью на утро сил взять неоткуда. Преодолевая жуткую тягу вернуться в кровать и наслаждаться сном, я поставил завариваться кофе, а сам пошел принимать душ. Нужно было взбодриться. А кофе и холодный душ — это то малое, что возвращает к жизни по утрам. Работа на стройке была не из легких, но мне платили исправно. Пусть денег и не хватало все время, но я успокаивал себя тем, что это временные сложности и что всё вскоре вернется на круги своя. К тому же для этой работы не нужны были документы, что, в моем случае, было как никогда кстати. Я все время приободрял себя мыслями, что вскоре вернусь домой, окончу учебу, пройду стажировку в какой-нибудь большой компании и буду зарабатывать себе на безбедную жизнь, и, наконец, смогу вывезти маму из нашего маленького унылого городка.
— Юджин…Юджин! Юджин, черт бы тебя побрал! — меня словно молнией ударило. Это обращались ко мне. Я был вынужден придумать себя новое имя и еще не совсем свыкся с ним. К тому же из головы все еще не уходили мысли с прошлой ночи, и я витал где-то в облаках. Не спрашивайте почему я выбрал это имя. Просто это было, наверное, первое из того, что мне пришло в голову и я не стал заморачиваться. Фамилию я выбрал Ирвинг. Согласен, Юджин Ирвинг звучиткак-то старовато, но что тут поделаешь? Первое, что пришло в голову.
— Да, мистер Лайми? — откликнулся я. Это был начальник нашей строительной бригады. Вполне себе сносный мужичок, правда иногда устраивал нам хорошую взбучку по всяким мелочам. Он был человеком старой закалки и мы не могли винить его в чрезмерной строгости. Но, нужно отдать ему должное, человеком он был честным и простым, и не терпел несправедливости в любом ее проявлении.