«Кто ты?»
Ньёрд хмурится напряжённо, осматривается по сторонам. Отзвуки голосов доносятся от него отовсюду вместе с девичьим смехом и солёным холодным ветром. Кажется, это море не так и просто́, как он думал изначально.
Хотя море в принципе не может быть простым.
Вода вокруг него расходится в стороны, и из неё выходит великан — владыка и господин всех вод.
— Кто ты, ребёнок? — девять дочерей Эгира приводят своего отца поглазеть на необычного мальчишку, и теперь он стоит, хмуря брови и скрестив руки на груди.
— Моё имя Ньёрд, — голос юнца не дрожит, и сам он смотрит прямо и бесстрашно. — А кто ты, владыка здешнего края?
Морской Царь в удивлении от наглости мальчишки лишь приподнимает бровь. Пацан, представившийся Ньёрдом, продолжает смотреть прямо и бесстрашно. Несколько мгновений они так и буравят друг друга тяжёлыми взглядами, пока морской великан не разражается громогласным смехом, от которого дрожат фьорды.
— Я — Эгир, ребёнок, — с весельем в голосе отзывается он. — Я — хозяин и господин всех морей, в которые ты выходишь.
— И чего ты хочешь от меня, Эгир? — Ньёрд щурится подозрительно, и взгляд его тяжелеет. — Мне нужно возвращаться на берег, меня с уловом ждёт сестра.
— Э нет, парень, — Эгир ухмыляется, наклоняясь к Ньёрду. — Ты пришёл в мои владения без приглашения и не выказав мне должного уважения. Я заберу тебя с собой — моя супруга Ран жалуется, что ей не из чего приготовить похлёбку, чтобы накормить наших девятерых дочерей.
— И ты хочешь приготовить её из меня? — Ньёрд скрестил руки на груди, продолжая хмуро глядеть на великана.
— А почему нет? — тот прищурился, окинув Ньёрда оценивающим взглядом. — Но так как ты смог заинтересовать и меня, и моих дочерей, то я хочу предложить тебе сделку: выполнишь три мои испытания, и я отпущу тебя домой и даже одарю ценным даром, а нет — сварит из тебя Ран похлёбку!
Ньёрд прищурился с подозрением. Он понимал, что отказать великану всё равно не мог, а его дар, меж тем, и вправду мог бы сгодиться юному мореходу.
— По рукам! — в итоге кивнул мальчишка, в то время как Эгир расплылся в предвкушающей улыбке.
— Тогда вот тебе первое задание, парень: я хочу позвать тебя в гости, в свой подводный дворец. Но вход в него находится между теми фьордами. Ни один корабль не может пройти мимо них целым! — морской великан махнул рукой в сторону длинной гряды, между которой действительно существовал очень узкий проход.
Ньёрд подналёг на вёсла, подплывая ближе. Проход и вправду был узким — даже его судёнышко не пройдёт сквозь него, но вот сам Ньёрд…
Несмотря на свой юный возраст, он был опытным мореходом и знал, что там, где высились над водой подобные скалы, дно не было глубоким. Экипажи суден чаще всего погибали из-за силы удара, с которым те врезались в камень, либо же из-за того, что сами травмировались во время падения в воду. Но а что до корабля Ньёрда, то парень сам его собрал из досок и, проявляя чудеса мастера судостроения, ещё тогда спрятал в своей верной лодчонке маленький секрет.
Бесстрашно спрыгнул юноша в воду, хватаясь за шершавую холодную скалу, пытаясь удержать равновесие на скользком камне под собой. Вода доходила ему почти до шеи, и Ньёрду пришлось поднять вверх руки, притягивая судёнышко к себе. Заставив его упереться носом в твёрдый камень, Ньёрд ловким движением охотничьего ножа перерезал верёвки, держащие парус. А далее лодчонка как по волшебству вдруг сложилась сама в себя, превращаясь в груду спаянных досок, которую Ньёрд с лёгкостью протолкнул сквозь узкую щель, а далее как ни в чём ни бывало проплыл следом за ними, минуя проход.
Эгир, наблюдающий с любопытством, не смог не отметить мастерство юнца, отчего интерес к нему у него возрос ещё сильнее.
— Неплохо, парень, — как только Ньёрд выплыл на той стороне прохода между фьордами, с лёгким удивлением похвалил его морской великан. — Оставляй свою лодку здесь и иди за мной. Будь гостем в моём доме!
Ньёрд пошёл с неохотой, но без страха. Он переживал, что не сможет дышать в подводном дворце Морского Царя, но, к счастью, дом Эгира оказался окружён куполом из воздуха, позволяющим редким гостям великана не чувствовать неудобств.
— Однако прежде чем ты отобедаешь с нами, как хороший гость, чтящий хозяев, помоги мне с моим садом — для такого умельца, как ты, это не должно составить труда, — заведя Ньёрда на внутренний двор своей усадьбы, лукаво улыбнулся Эгир. — Ран должна приготовить обед через час, так что поторопись, дорогой гость! — с этими словами великан ушёл, оставляя Ньёрда один на один с зарослями водорослей в своём саду.
Парень нахмурился, осматриваясь в поисках инструмента. Чуть в стороне, прислонённый к стене дома, стоял серп, и именно его юнец и схватил, намереваясь выполнить свою работу.
Острое лезвие легко скашивало нежные стебли, и Ньёрд подумал, что успеет управиться за десять минут. Однако не успевал он скосить один ряд водорослей, как они, зачарованные, вырастали вновь, становясь ещё длиннее, чем до этого. И сколько бы Ньёрд не пробовал, все его попытки были тщетны.
Времени на выполнение работы становилось всё меньше, и Ньёрд почти отчаялся управиться в срок, как вдруг увидел дивную рыбу, приплывшую в сад. На её рыбьем носу, словно специально кем-то туда вогнанный, был длинный костяной отросток. Прямой и ровный, острый, словно меч — он этот самый меч и напоминал — рыба случайно срезала им пару ростков, и водоросли не стали отрастать вновь на срезанном месте.
Это был шанс для Ньёрда, и упустить его он не намеревался.
Поймать рыбину опытному, хоть и юному, рыбаку не составило труда даже голыми руками. Цепко схватив пытающуюся вырваться рыбу, Ньёрд уверенными выверенными движениями тут же принялся ею косить водоросли-траву сада Эгира.
Последний росток упал на землю ровно в тот момент, когда Эгир пришёл проверить чужую работу. Ньёрд, поблагодарив рыбу, отпустил её на волю, а после посмотрел на изумлённое, но вместе с тем восхищённое лицо морского великана.
— Ты замечательно потрудился, мой дорогой гость, — с одобрением произнёс Эгир. — После такой работы не грех и сытно поесть. Пойдём, ребёнок, моя старуха приготовила вкусный обед…
Вопреки ожиданиям Ньёрда, в доме Эгира оказалось удивительно пусто и тихо. Кроме него и самого хозяина, больше никого не было, отчего ели они в подозрительной тишине. И лишь когда насытились достаточно, Эгир, снова лукаво усмехаясь, обратился к гостю с последним заданием:
— Ты проявил своё мастерство и ловкость, теперь прояви свой ум, парень. Помни, от этого зависит, вернёшься ты домой или нет. Станешь мне добрым другом или врагом, которого я поражу. Слушай меня внимательно: лишь одна из моих девяти дочерей может касаться своими ногами земной тверди поверхности. И лишь она одна сможет вывести тебя из моего царства обратно домой. Найди её, — не успел голос Эгира стихнуть, как в светлицу одна за другой вышли девять прекрасных дев.
Все они были красивы лицом и похожи друг с другом, и на мгновение Ньёрд растерялся, не зная, кто из них кто. Тут же, однако, взял себя в руки и стал пристально вглядываться в каждый лик.
Девушки улыбались приветливо, тихо хихикали, лукаво сверкая глазами, смотрели на Ньёрда с пытливым любопытством. Но не интересовало его ничего из этого, но напротив одной из них он всё же остановился.
Прекрасная дева была краше других лицом и фигура её более чем у других сестёр дышала жизнью и полнотой крови. Понял Ньёрд, что она старше всех остальных. Понял он, что среди дочерей Эгир также спрятал и их мать — «старуху» Ран.
— Нет среди них той, что способна отвести меня домой, — твёрдо произнёс Ньёрд, прямо глядя на Эгира.
Тот же тот час разразился весёлым раскатистым, словно прибой, смехом и посмотрел на своего гостя полным добродушного восторга взглядом.
— Ты здорово развеял мою скуку, Ньёрд! — громко произнёс он. — За это буду я тебе благодарен. Ты прошёл все мои испытания, и за это я стану тебе добрым другом. Двери моего дома будут открыты для тебя, а мои дочери станут тебе словно сёстры. Идём, Ньёрд, ты доказал, что достоин того дара, которым я награжу тебя!..