Правда, из окон администрации театра периодически высовывалась голова и вещала:
-- Молодой человек! Немедленно уйдите с крыши, вы ее испортите, а она и так протекает! Сейчас милицию вызову!
-- А ваша музыка мешает спать ребенку! Продолжайте ходить, молодой человек, - раздается женский голос с пятого этажа.
--А у вас кто-то телевизéр ночью включает на всю катушку, - предъявляет претензии мужчина с четвертого этажа.
-- Это Лешка из 93-й комнаты. Он как напьется, так включает полный звук и спит, - дает справку бабля из соседней квартиры.
- Да заткнитесь вы все, надоели. Дурдом какой-то! - доносится крик с пятого этажа - Кипяток вылью, быстро разбежитесь!
Это уже серьезное предупреждение, и я, не дожидаясь исполнения угрозы, хватаю свой "загоральный" коврик и делаю спасительный шаг через подоконник. А за окном продолжается "мирный" диалог!
"Как я слушал Пласидо Доминго!"
Сейчас уже не припомню, в каком это было году, точно помню, что в последние годы "перестройки"! Кто-то мне сказал, что в Ленинград на гастроли приезжает Пласидо Доминго и будет петь в Мариинке. Хотя официально это был театр имени С.М. Кирова, ленинградская интеллигенция меж собой величала его "Мариинкой"!
Естественно, я решил пойти и послушать знаменитого тенора! До этого вечера я слышал его только в записи, и на слух вряд ли отличил бы его голос от голоса Паваротти или Карузо. Но очень уж хотелось услышать его"вживую": когда еще появится такая возможность!
У меня -- характер авантюриста! Естественно, я даже не позаботился узнать, есть ли в продаже билеты, а стал действовать по своей старой, обкатанной еще в студенческие годы схеме. Купить билет на оперу или балет в Мариинку в советские времена было большой проблемой! Проще было попасть в Гонолулу, чем туда!
Заядлые театралы, о которых я расскажу позднее, часами простаивали в определенные дни у касс, чтобы приобрести "заветный билетик", а я, бедный студент, обычно билеты "стрелял"! Приходил за полчаса до представления и первым делом узнавал, нет ли билетов на "галерку", то есть на самый верхний ярус, куда едва доносились голоса оперных див. Попав на галерку, я во время первого акта присматривался, нет ли свободных мест на нижних ярусах, в ложах или партере и в антракте перебирался туда.
Но, если не удавалось попасть на галерку, приходилось билет "стрелять". Я обычно располагался на пути от остановки транспорта к театру и у всех подряд спрашивал: "Лишнего нет? Нет лишнего?" Слово "билет" произносить было незачем. Язык устанет, да и так понятно для того, кто приехал на представление в театр. Иногда удавалось купить билет и таким образом, причем порой на хорошие места! Дороговато, конечно, для студента, но, как говорится, "хочешь...! " Ну, вы поняли.
Еще одна стратегия заключалась в том, что я опрашивал всех, кто стоял у входа и ожидал партнера, нет ли "лишнего", и просил, что, если партнер или партнерша не придет, продать билет мне! Тоже иногда судьба улыбалась мне! Помню однажды молодая красивая девушка, нервно вглядывалась в темноту, в подходящих от остановки людей! Вряд ли она ждала подругу или родственницу! Тогда еще люди не знали, что такое "мобильная связь", поэтому она ждала и надеялась. А его все не было! Уже за пять минут до начала она подошла ко мне, протянула билет, а увидев мою попытку полезть в карман за деньгами, махнула рукой и с горькой улыбкой сказала:
- Я Вас умоляю! Оставьте!
Кажется, в тот вечер давали "Севильского цирюльника"! Всё представление мы сидели рядом, и я изредка поглядывал на ее печальный профиль! Она была увлечена музыкой и пением, и не обращала на меня внимания. В антракте я "сгонял" в буфет и купил ей шоколадку! Она ее приняла и впервые за вечер улыбнулась! Ближе познакомиться с ней я не решился.
О постоянных зрителях Мариинки, как, впрочем, и филармонии, стоит поговорить особо! Мне нравилось наблюдать, как пожилые люди, элегантно одетые, с красивыми прическами, в бархатных платьях, с маленькими дамскими сумочками, совершают неспешное движение, круг за кругом, в просторном фойе театра. Ковер под ногами шуршит, дамы, повернув голову к партнеру, мило болтают, с улыбкой раскланиваются со знакомыми! Какой там буфет, какие бутерброды с икрой! О чем вы говорите!.буфет будет позже, после представления! А сейчас -- праздник, бал!
Но, я сильно отвлекся. Тогда еще с Васильевского острова на Театральную площадь ходил тридцать шестой трамвай. Уже на повороте я про себя отметил, что театр облеплен людьми, как муравейник, а при выходе из трамвая нас засыпали вопросами о "лишнем билетике"!
"Да, -- подумал я, -- ситуация сложная, но где наша не пропадала!" Как заводной обежал всю площадь, опросил всех ожидающих, пытался даже попасть в кассу, но там была уйма народа, не протолкнуться! А до начала оперы пятнадцать минут,.. десять, пять! Вокруг ожидающих -- двойное кольцо жаждущих! Если в последнюю минуту подходит партнер или партнерша, на них смотрят, как на заклятых врагов. Все - финиш! Осталось надеяться только на опоздавших, но их обычно единицы, а страждущих - немерено. Я побежал к служебному входу в надежде на то, что, может, как-нибудь удастся мимо вахтера "просочиться". Открываю дверь, смотрю, там народу полно: вахтеры грудью встали, никого не пускают; рядом -- менты, правда, без автоматов. Да, через служебный не прокатит. Бегу к Крюкову каналу! Вода черная, в ней свет фонарей отражается, как на картинах Ван-Гога, и никакой "заветной двери".
Я ╛ не один такой неуемный, мы уже сбились в стаю! Прошел слух, что есть ворота, через которые декорации подвозят. Небольшой толпой рванули туда, обежали театр вокруг, стоим у заветных ворот. Они, естественно, закрыты. А на что мы надеялись? Думали, что подойдем к воротам, скажем заветные слова типа "Сим-Сим, откройся!", и ворота сами распахнутся? Дудки, так сейчас никто не работает, только за бабки!
Однако, между воротами и аркой -- большой проем, верблюд пролезет. Я и еще несколько смельчаков ринулись на штурм ворот, как большевики в фильме Эйзенштейна на штурм Зимнего! Я перелез первым, за мной -- еще несколько "большевиков"! Двор просторный, вдалеке помещение сторожа, окно светится. Осторожно заглянул. Вижу -- вахтер с милиционером сидят за столом, водку пьют, закусывают. Услышали шум, вскочили, мент к двери. Я отскочил в сторону и укрылся в нишу так, что меня прикрыло распахнутой дверью. Мент погнался за убегающими "большевиками", те полезли обратно через ворота. Одного он успел схватить за ногу, но только башмак в руке остался. Со злости швырнул обратно хозяину, выругался, прогрозил и пошел назад, в сторожку. Ну, думаю, сейчас меня увидит! Нет, заходит в халупу, дверь за собой закрывает. Я только в фильмах такое видел! Не произошло бы это со мной, ни за что бы не поверил что так может быть! Видно, водка уже налита, а мы помешали. Физиолог Ухтомский прозвал это "доминантой"!
Да, думаю, на этот раз пронесло! Но что дальше делать? Осмотрелся маленько, осмелел. Двор слегка освещен окнами второго этажа. Смотрю, в углу -- пожарная лестница, но заканчивается высоковато от земли. Но нам, скалолазам, забраться не проблема, справился, поднялся до второго этажа. Вдоль всего этажа -- галерея. Некоторые окна светятся, другие темны. Догадался сразу, что это -- театральные гримерки. Там, где горит свет, - артисты, гримеры. Кто грим накладывает, кто причесывается, кто просто трындит и курит! Гляжу, в одной комнате без света форточка открыта! Дай, думаю, залезу и выйду через гримерную в коридор. Никому дела нет, кто тут ходит, мало ли, какой-нибудь осветитель или рабочий сцены. Тем более я не во фраке и не в костюме -- за осветителя сойду!